Глава 7. Непокорный Дьявольский Король, Герой Солнца. Часть 4.

Когда чёрный «Вепрь» своим мощным телом начал рушить площадь и топтаться по Богу-еретику, Годо повалился на землю.

Похоже, он, наконец, достиг своего предела и потерял сознание.

Увидев его состояние, Лилиана поспешно подбежала к Годо чуть не плача.

Вокруг раны, нанесённой Персеем в районе брюшной полости, всё было заляпано красным, кровотечение оказалось ужасным. Даже тело Дьявольского Короля, Чемпиона, явно долго не выдержит.

— А-а, ну почему всё так обернулось, прошу, держись, Кусанаги Годо! Мой господин!

Резко запаниковавшая Лилиана так же быстро и успокоилась.

В любом случае, надо доставить его в больницу. Тело Чемпиона обладает громадной жизнеспособностью, но медицинскую помощь всё равно следует оказать как можно скорее.

Лилиана коснулась Короля, проверяя сердцебиение.

И тут она вспомнила о магии лечения.

С этими мыслями она решила, что данной магией надо воспользоваться в первую очередь. Из-за укоренившегося стереотипа о том, что на тела Чемпионов магия не действует, девушка сразу даже и не думала применять эту магию, но теперь-то Лилиана знала, как обойти проблему.

— Эт-то всё ради излечения, поэтому то, что я тебя ц-целую, проблемы не составит… нет, скорее, это даже мой долг…

Смущённо бормоча себе под нос, она посмотрела на губы Короля.

Её сердце бешено колотилось.

Ради спасения тяжело раненного человека, лежащего перед ней, она должна сделать всё возможное.

Лилиане хотелось готовить для него, связать и подарить ему что-нибудь на зиму, заботится о нём в повседневной жизни, убирать его комнату и много чего ещё…

В любом случае, сначала ему надо оказать первую помощь, а затем уже тщательно выходить его до полного выздоровления. И только она решилась его поцеловать…

— Хм… так или иначе, но у него получилось? Всё ещё неопытен, но концовка, всё же, смогла удовлетворить минимальным стандартам.

Из-за неожиданно раздавшегося юного голоса Лилиана испуганно обернулась.

Там стояла маленькая девочка, обладавшая величием Королевы.

Её серебристые волосы мерцали даже ночью, а зрачки были чёрными, словно сама тьма.

Еретичка Афина.

— Я лично явилась сюда, чтобы предупредить его не расслабляться после победы, и нахожу его в подобном состоянии. Что за неопытный молокосос… Хотя, что уж говорить, так побить этого проблемного бога уже вполне неплохо. В конце концов, этот тип — герой, который меня одолел…

И хотя тон Афины был строгим, Лилиана всё же чувствовала, что богиня смотрела на Короля с толикой похвалы во взгляде.

— Тем не менее, воин, являющийся одновременно и Королём, должен быть готов к подобным моментам своей слабости. Ранее я ему об этом говорила, но, очевидно, данное упущение он нисколько не исправил. Тц, никак я этого не ожидала.

Афина подошла к Кусанаги Годо и склонилась над ним.

Когда до Лилианы дошло, что та собирается делать, в попытке остановить богиню она вскрикнула: «П-пожалуйста, погодите!»

Слишком поздно.

Афина уже поцеловала Кусанаги Годо своими маленькими губками.

— Прими это в качестве компенсации за то, что втянула тебя в данную битву, а также в качестве приза за победу. Твои раны исцелились… но следующий раз дерись лучше! — сделав высокомерное заявление, Афина встала.

Затем она глянула на стоявшую рядом Лилиану и с величием Королевы отдала приказ:

— Девочка, хорошо заботься о своём господине. После некоторого отдыха его тело восстановится. А ещё напомни ему, чтобы он не забывал о том обещании — когда-нибудь Афина ещё раз появится перед ним! — с этими словами богиня исчезла с ночных улиц.

Правда, от «улиц» осталось одно только название, Пяьцца-дель-Плебишито и окружающее пространство подверглись тщательнейшему уничтожению, будет преувеличением даже руинами эти остатки называть.

Оставшаяся ведьма, бывшая одновременно и Великим рыцарем, разочарованно сидела на коленях, опустив плечи, она ведь такую возможность упустила.

 

Чёрный священный зверь вознёс к небесам победный рёв вдалеке.

На одном из неаполитанских проулков, откуда рёв кабана был едва слышен, начали собираться яркие частички света, из которых сформировался силуэт человека.

Свет превратился в привлекательного мужчину, героя — еретика Персея.

— Серьёзно, ну что за дикарский и неприглядный метод, и, тем не менее, подобным методом меня одолели. Даже в мифах такого не случалось!

Тяжело дыша, Персей взволнованно дрожал.

Перед тем, как его чуть не раздавил священный зверь, он обратился в свет, и ему даже удалось снова воплотиться. Солнце, которое заходит на западе, снова встаёт на востоке — такова благодать жизненной силы света.

Так как он полностью израсходовал священную силу солнца, у него больше не получится сбежать из критической ситуации подобным методом. Но…

Улыбаясь, Персей посмотрел в направлении местопребывания Кусанаги Годо.

— Если прямо сейчас я вернусь, возможно, я смогу продолжить нашу дуэль… но подходящее ли для этого время? Ху-ху, вот так вот вкладывать меч в ножны было бы просто расточительно.

И хотя он был богом, последствия недавней атаки всё же оказались крайне изматывающими.

Честно говоря, он был уже на пределе, но при этом всё равно хотел продолжения битвы. Находится в материальном мире, в котором он так долго отсутствовал, наконец, вступил в битву с достойным противником, его боевой дух был на подъёме.

— Эхе, думаю, сейчас самое время. Для завершения поединка в реслинге считали бы до трёх, в боксе — до десяти, — донёсся до слуха Персея мужской голос, чей владелец неторопливо приближался.

Не человек, но и не бог. Богоубийца. Ощутив подобное присутствие Персей тут же призвал свой меч.

Шаги не смолкли. Молодой богоубийца.

По его движениям Персей понял, что это очень искусный боец. Длинный стальной меч, который тот сжимал в руке, судя по всему, был обычным мечом, но именно у него в руках от клинка исходила невероятная угроза.

А секрет, вероятно, заключала в себе рука, мерцавшая серебристым светом.

Персей не знал, чья это сила, но эта рука явно была способностью, которую богоубийца забрал у бога.

— Привет, приятно познакомиться. Меня зовут Сальваторе Дони. А с тем парнем мы… как бы это сказать… друзья по жизни и заодно соперники, а ты, должно быть, Персей?

— Я не возражаю против подобного обращения. Поправь меня, если я не прав, но ты собираешься драться, чтобы защитить своего друга?

— Хмм, это не совсем верно, — радостно улыбнулся светловолосый богоубийца. — В этот раз я, кажись, слишком переусердствовал со своими играми. И если ничего не предприму, то Андреа с меня ещё шкуру сдерёт.

— О. Значит, собираешься биться со мной?

— Да, правда, не очень я люблю с ранеными драться. Если захочешь сбежать, преследовать не стану. Скажу честно, если сейчас ты решишь скрестить со мной клинки, то в десяти случаях из десяти будешь разбит наголову.

Говоря, Сальваторе Дони улыбался улыбкой «хорошего парня».

Беззаботная улыбка молодого человека, но вот в его глазах бушевало тёмное пламя.

Дони представлял собой личность редкостных способностей, его таланты просто шокировали.

Слабо улыбаясь, Персей смог увидеть его истинные способности. Был бы Дони обычным человеком, то от других людей отличался бы не особо, но если подобный ему становится богоубийцей…

Вне всяких сомнений, этот молодой человек — герой, один из миллиарда.

«Нынешние богоубийцы, определённо интересны. Превосходно».

— Я понимаю, о чём ты. Но если я скажу, что хочу драться, как ты поступишь?

— Естественно, пощады не будет.

Двое мечников с одинаковыми взглядами, став друг напротив друга, подняли оружие наизготовку.

Свободно держа меч, Сальваторе Дони расслабил всё тело. Нейтральная стойка с несравненной вариативностью, из неё можно перейти в любое положение, чтобы атаковать с использованием какого угодно стиля. Результат неисчислимого количества часов, потраченных на тренировки.

Персей смог понять хитрость своего противника ещё до начала боя.

Неизвестно, можно ли назвать этого мечника сильнейшим в истории, но в этом поколении он определённо самый сильный.

В противовес Дони, умения Персея, как мечника, были довольно просты.

Движения и выпады на скорости выше, чем у противника, вот и всё. Для героя-сверхчеловека этого было достаточно.

И сейчас он превратился в сверкающий белый метеор, сблизился с Дони и взмахнул мечом.

— Потому-то я и сказал, что ненавижу биться с ранеными. Был бы ты в своей лучшей форме, тогда другое дело, но когда ты ослаблен, для меня ты настолько медленный, что я могу сначала зевнуть, а уж потом принять твой удар.

Дони совершил вертикальный взмах своим мечом снизу вверх.

В следующее мгновение клинок Персея был разрублен пополам, а оружие Дони уверенно рубануло по герою.

Этот меч выкован из стали высочайшего качества и способен убить бога.

Удовлетворённый своим поражением, Персей улыбался вовсю, а его тело, тем временем, медленно рассеивалось, словно пыль.

— Как я и думал, новой способности я не заполучил?.. Хоть и испытал немало проблем, чтобы побить целого бога, и надо же, только зря время потратил, — пробормотал Дони, наблюдая за тем, как тело Персея медленно обращается в прах.

Чтобы стать Чемпионом, необязательно честно побеждать бога в битве один на один, но всё-таки победить надо более подобающим образом.

Иначе говоря, необходимо удовлетворить мать Чемпионов, Пандору, добиться такой победы, чтобы она захотела поприветствовать одного из своих новых детей. А от того, как победил Дони, она, скорее всего, надует щёки и скажет: «Нет, так не пойдёт».

— Кажись, мне что-то такое говорили, если мы одолеем бога, который находится в сильно ослабленном состоянии, число наших способностей не увеличится… Хм? И когда же я с ней встречался? А, ладно, всё равно это не важно.

Кажется, он как будто вспомнил, что раньше где-то встречался с Пандорой, но подробности в его памяти не сохранились.

Из-за того, что он не мог вспомнить, Сальваторе Дони даже не беспокоился, раз не может, значит, скорее всего, ничего важного там и нет.

Так как после всего произошедшего он не хотел встречаться с Кусанаги Годо, Дони покинул Неаполь. До того, как многоречивый дворецкий сможет его нагнать, надо замести следы.

Таково окончание никем не увиденной сценки, которая имела место во время явления Бога-еретика в Неаполе.