Глава 7. Амэ-но муракумо-но цуруги. Часть 1.

Банчоу Сараяшики. Место происхождения легенды о призраке, который считал тарелки и бормотал себе под нос, что «одной нету».

В Тиёда, специальном районе Токио, Банчоу являлась высококлассной жилой улицей, где жили воины и феодалы со времени эпохи Эдо.

Дом семьи Саяномия в Санбанчоу находился довольно близко от Императорского дворца Токио.

Скрытая в очень неприметном месте, у края дороги, среди множества офисов и роскошных жилых комплексов, резиденция Саяномия представляла собой особняк в западном стиле, построенный в период Тайсё[1].

Исходя из физического месторасположения дома, его цена должна быть достаточно высока; но положительного впечатления он не производил.

Дом был не только ужасающе старым и ветхим, но ещё и тёмным, словно дом с привидениями, создавалось впечатление, что в нём есть призраки и монстры.

Когда Амакасу привёз её сюда, у Юри проснулись тревожные ощущения.

Как будто там притаилось что-то зловещее — самое отталкивающее существо. Кстати, это был её первый визит в резиденцию Саяномия.

— Я предупредил заранее, так что пойдёмте. Пожалуйста, сюда.

Амакасу указал на вход перед ними. Юри и Лилиана последовали за ним.

Прогулка через двор, от стоянки до входной двери, заняла две минуты.

— Дом меньше, чем я ожидала… А для главы семьи, которая управляет Комитетом компиляции истории, не слишком ли он тесный?

Лилиана осматривала дом.     

— Учитывая цены на землю по соседству, этот дом как раз то, что надо. На самом деле в Сетагае есть дом побольше. А это просто резиденция номер два, и нынешняя владелица, Каору-сан, лишь следующая глава семьи.

Амакасу с превеликой фамильярностью открыл переднюю дверь.

Встречать их вышел молодой человек в соответствующей униформе дворецкого.

Этот человек, который демонстрировал отточенные навыки вышколенного сотрудника отеля, тихим шёпотом переговорил с Амакасу, после чего тот вошёл внутрь.

Юри и Лилиана проследовали за ним, пройдя в комнату, которая, судя по всему, была рабочим кабинетом.

— Кёко, как оно? Ты, вдруг, аж сюда звонишь. Завтра? Прости, расписание там уже занято. Ха-ха-ха, как такое возможно, конечно, не свидание. Не надо этих странных подозрений.

Приятный голос, который Юри доводилось слышать раньше.

Сидя в кабинете, Саяномия только что закончила разговор по сотовому.

Заметив Амакасу, Юри, а также Лилиану, Каору уже собиралась поприветствовать их, как телефон снова зазвонил. Она посмотрела на экран, произнесла «простите» и ответила на звонок.

— Хареми, сколько лет сколько зим. Да, у меня тоже всё в порядке. Извини, у меня тут разговор важный, можно потом перезвоню? О… Я прекрасно помню обещание на следующую неделю, тогда пока.

Вот так просто завершив разговор, Каору нажала отбой, но телефон снова зазвонил.

— Кто на этот раз… Киёко?

— Нет, Аяно, но раз все уже собрались, потом ей перезвоню.

Наблюдая за тем, как следующая глава семьи Саяномия пожала плечами, Амакасу начал самым натуральным образом нудеть:

— Каору-сан, и как же вы планируете поступить, не открывая всем втрескавшимся в вас девушкам ваш настоящий пол? Их обвели вокруг пальца и держат в неведении, разве вам их не жаль?

— Но даже когда я и говорила им правду, многие из девушек просто отвечали, что это не имеет значения, из-за чего я сама немалое удивление испытывала.

В несколько ином плане, но эта химе-мико была не менее проблемной личностью, чем Эна.

Каору восхищалось немало девушек, причём некоторые втрескались в неё по уши. Но, кажется, ей это доставляло удовольствие, и она активно с ними общалась.

— Позвольте, ради Лилианы-сан, я вас представлю. Это Саяномия Каору-сан. Глава токийского отделения Комитета компиляции истории и заодно следующая глава семьи Саяномия, к тому же она из числа химе-мико.

— Химе-мико вы сказали?..

Должно быть, Лилиана оказалась немало шокирована. На Каору были надеты белая сорочка с галстуком и мужские брюки. Она хоть и выглядела довольно мило, но этому образу очень далеко до хрупкой молодой девушки.

С элегантной улыбкой и с изысканными манерами Каору поприветствовала гостью из Европы.

— Приятно познакомиться, Лилиана Краничар-сан. Несмотря на мой внешний вид, я всё же коллега Юри и Эны, хотя мне не раз приходилось слышать, что меня просто невозможно представить в одеяниях мико.

Каору жестом указал на диван, и Лилиана с Юри уселись.

После чего Каору заняла место напротив, а Амакасу с готовностью встал у неё за спиной.

— По телефону я уже успела узнать о вашей просьбе. Тогда сразу перейдём к делу. Если вы согласитесь с нашими условиями, то помочь вам не проблема.

— А это нормально, Каору-сан? Предыдущее предыдущему поколение будет возражать.

— Да, с той стороны будут проблемы, но если обмен произойдёт по соответствующей цене, особых придирок не предвидится. Конечно, всё зависит от условий соглашения.

Лилиана прервала это совещание главы и подчинённого:

— Не забывайте, что у нас всё ещё остаётся вариант взять требуемое силой.

— А это не очень хорошо, вы же встречали Эну, так? Среди тех, кто связан с Комитетом, существуют и такие, кто в плане боеспособности и магических навыков не уступает Великим рыцарям. Мой искренний вам совет, пожалуйста, не поступайте необдуманно.

Лилиана пренебрежительно хмыкнула, но придержала своё заявление.

Независимо от того, каким окажется результат затеянной прямо здесь драки, если её будут преследовать несколько элитных воинов, шансов на победу окажется мало. Лилиана понимала, что пока она находится в этой стране, у противника есть преимущество домашней арены.

— Даже если здесь на меня нападут, ведь Амакасу-сан примет на себя тот нож, который будет предназначаться мне, так?

— Прошу прощения, но должен отказаться, пожалуйста, не требуйте от меня преданности, которая превышает мою зарплату.

— Э… ну и ладно, — на ответ Амакасу, который поставил её в смущающее положение, Каору кашлянула. — Лилиана-сан, Юри, давайте вернёмся к главной теме разговора.

Юри собралась, ей было ясно видно, что сидящая перед ней мико в мужской одежде крайне изворотлива. Даже Эна, которая всегда поступала по своему, описала Каору как «очень проблемная»! По возможности, контакты с ней стоило свести к минимуму.

— Итак, давайте я приведу пример. Если нашим условием для предоставления ингредиентов будет просьба о возвращении Лилианы-сан в свою страну… Это приемлемо?

— Я никогда не приму такое условие! — раздражённо отказалась Лилиана, в то время как Каору издала смешок «хо-хо».

Очень привлекательная и открытая улыбка. Это как раз часть её «арсенала вооружений».

— Но если число европейцев вокруг Кусанаги увеличится, ему это на пользу не пойдёт. И сейчас Эна вмешалась, оправдываясь именно этим. Забудем пока про «Медно-чёрный крест», я надеюсь, что вы, Лилиана-сан из «Бронзово-чёрного креста», сможете проявить большую самодисциплину.

— А почему Эрике можно, а мне нельзя?

— Да — возможно, то, что я скажу, разозлит вас… Потому что вы девушка, которая не понимает того, как общаются взрослые.

Каору произнесла всё это, вкладывая глубокий смысл в свои слова.

Хоть она и выглядела, как юноша с красотой девушки, в ней чувствовалась какая-то загадочная грусть.

— Если бы мне пришлось вести переговоры с Эрикой, уверена, это оказалась бы очень интересная дискуссия, и мы смогли бы достигнуть соглашения. Но так как я в курсе того, чем вы занимались после приезда в Японию, не думаю, что вы принадлежите к тому же типажу, что и она.

Бьёт прямо в слабые места противника и провоцирует на словесный поединок. Каору становилась серьёзной.

— За прошедшие три месяца мы молча признали присутствие Эрики-сан, так как она признала нас, в частности, согласилась на сосуществование с Юри, которую подослали именно мы. Возьмём, к примеру, поездку на Сардинию. Если бы Эрика-сан захотела, она бы могла сделать так, что Юри осталась бы одна в Японии.

Сейчас, когда об этом речь зашла, то было понятно, что все действия Годо и Юри (а заодно и действия Комитета), полностью контролировались Эрикой.

Юри подумала о летних каникулах. О том, как Эрика сказала: «Я хочу позволить вам с Годо углубить вашу дружбу», — когда своим отношением и поступками выразила полное приятие Юри.

— Но Лилиана-сан не такая… Когда вы заявились в Японию, то прилипли к Кусанаги-сану, словно клей и враждебно относились к нашей Юри и Эрике-сан. Вы предоставили нам довольно весомую причину для того, чтобы устранить вас.

— Уничтожение угроз господину это часть обязанностей рыцаря! — воинственно ответила Лилиана, из-за чего Каору вымученно выдавила из себя элегантную улыбку.

— Однако Кусанаги-сан не только ваш господин. Одновременно он и господин Эрики-сан и Юри-сан, а заодно и Король для всех магов мира. Если вы не можете понять, к чему я веду, то в лучшем случае вы, Лилиана-сан, просто рыцарь-телохранитель. Я права?

— А разве есть что-то плохое в том, чтобы быть телохранителем? Это часть обязанностей рыцаря в служении королю!

— Да, тут ничего плохого нет, но пока вы тяжко трудитесь в качестве телохранителя и прислуги, Эрика и я уже ведём борьбу за место премьер-министра. К тому же, Эрика и Юри, которую я рекомендовала, любая из них способна стать первой женой. И с этим вы тоже согласны?

Под градом якобы шутливых вопросов одетой в мужское химе-мико, во взгляде Лилианы начали проявляться признаки ужаса.

— Комитет компиляции истории уже планирует присягнуть на лояльность Кусанаги Годо?!

— Я просто говорю, что данная вероятность очень высока, но всё ещё под вопросом… Просто шучу. Если всё получится, то эти неудобные старейшины больше не будут проблемой.

Каору, вроде как, пошутила, но Юри поняла. Так как произнесённые слова, особенно последнее предложение, совершенно не казались шуткой.

— Но даже, если и так, почему я должна вернуться в свою страну?

— Это было просто для примера. Моё предложение состоит в том, что рано или поздно все мы станем служить одному Королю в качестве господина, и поэтому должны сотрудничать. Если это возможно, не могли бы вы присматривать за Юри? С вашей позиции, наличие нас в качестве союзников, должно быть преимуществом, так ведь?

— Вы хотите сказать… чтобы я заключила союз с Комитетом компиляции истории?

— Прямо сейчас отвечать не нужно, но тщательно подумайте над этим. И ещё, но это уже моё личное мнение, если вы хотите составить конкуренцию Эрике, лучше всего сначала провести для этого кое-какую подготовительную работу.

— Это… хорошо, я подумаю над тем, вступать в союз с вами или нет.

Так как Лилиана уступила, Каору продолжила сохранять на лице дружелюбную улыбку.

На самом деле она никогда не думала над тем, чтобы избавиться от рыцаря из «Бронзово-чёрного креста».

Под её управлением даже сильный соперник может стать шахматной фигурой. Такой у Каору стиль. Весь предшествовавший разговор планировался именно ради этого результата. Юри испугалась не на шутку. После Лилианы она будет следующей.

— Далее, Юри, надеюсь, ты сможешь внести некоторую ясность.

Так оно и вышло. Голос Каору был спокойным.

— До сих пор мы просили только о том, чтобы ты играла роль любовницы Годо лишь на словах. Но, как ты, наверное, знаешь, как только сюда прислали Эну, ситуация коренным образом изменилась, — бегло пояснила Каору.

Юри начала раздумывать над тем, какие у неё имеются варианты.

Так как духовное зрение было активно, она понимала суть требований Каору.

Эны и Эрики сейчас не было. Что более важно, Годо тоже здесь нет. Тонко чувствуя намерения Комитета компиляции истории и Саяномии Каору, Юри раздумывала над тем, что она может ответить в данной ситуации.

— Мне не нравится поступать бестактно, и у меня нет намерений силой втягивать кого бы то ни было в отношения без любви. Поэтому, наверное, для тебя как раз настало время…

— Нет проблем.

Юри решительно прервала Каору преисполненной уверенности фразой.

— Чувства между Годо-саном и мной, они не закончатся на обычной дружбе.

С решительным выражением на лице Юри посмотрела прямо на андрогинную[2] красавицу.

На лице Каору появилась редкая для девушки серьёзность. Со стороны же Лилианы донеслось «Что?!», за которым последовала выразительная мина типа «о-о…», стоявшего за диваном Амакасу.

— Я-я не уверена, смогу ли стать такой уж великолепной женой, но я точно добьюсь положения, ближайшего к этому званию.

— Это тебе твоё духовное зрение сказало? Или это твоё собственное желание?

На неожиданные вопросы Каору Юри покраснела и ответила:

— И то и другое… наверное. Когда я впервые увидела Годо-сана, у меня возникло ощущение, что с ним у меня будут необычайные взаимоотношения. И даже сейчас, когда бы я ни подумала о его безопасности… мне очень не по себе.

С самого начала, ещё до встречи с Кусанаги Годо.

Когда-то Юри была в ужасе при одной только мысли о встрече с жестоким Чемпионом.

Но после первой встречи она смогла успокоить эмоции на нервной почве, и все её страхи исчезли. Кроме того, она стала читать нотации известному Дьявольскому Королю.

И с того самого момента Юри почувствовала, что сможет хорошо поладить с ним.

А теперь, когда она думает о нём, пропавшем, и о его безопасности…

В глубине её сердца просыпаются тревога и страх. Его необходимо спасти, поэтому Юри сама должно измениться, а заодно молиться о том, чтобы он вернулся целый и невредимый.

И когда эти мысли и чувства соединились в единое целое, ей на ум пришла невероятная идея.

Проникшись ей, и работая на её исполнение по мере своих сил, Юри и приняла решение.

— Ясно. Значит, ты предложишь Кусанаги свою невинность, так?

— С-Саяномия! Что ты несёшь?!

— Т-так и есть. И хоть прямо сейчас я её отдать не могу, но в ближайшем будущем это, скорее всего, окажется неизбежным…

— Мария Юри, прекрати потакать этому фарсу, что ты такое говоришь?!

Решительная Юри

Юри не обратила внимания на протесты Лилианы и объявила о своём решении. Каору неуклюже усмехнулась и произнесла:

— Ну, раз уж всё до такой степени прояснилось, мне больше сказать нечего. Этого достаточно, Юри.

— Т-тогда, можно мне кое-что добавить? — выдержав на себе взгляды окружающих, Юри заговорила. — Я последую за Годо-саном на край земли, и даже если Комитет прикажет мне навредить ему, я никогда не подчинюсь. Если он решит держаться от Комитета подальше, то тогда и я оставлю Комитет, чтобы последовать за ним. Пожалуйста, не забывайте об этом!

Это заявление Юри сделала на волне захвативших её эмоций.

После того, как со стороны Каору и Амакасу послышалось «Эй, это уже как-то…» и «А она, это что-то», они посмотрели друг на друга, а затем глава сделала вид, что всё это шутка. Но тут же, с серьёзным лицом Каору произнесла:

— Я буду помнить об этом, Химе. Ну а теперь, Амакасу, иди и принеси это в качестве свадебного подарка.

— А-а… мне и правда придётся тащиться в хранилище? Ну, что тут поделать…

Как только было упомянуто «хранилище», столы в кабинете начало трясти, то же происходило и с книжными полками.

И это не походило на землетрясение. Из угла комнаты раздался резкий звук чего-то ломающегося.

Юри и Лилиана переглянулись, являясь ведьмой, Лилиана тоже почувствовала — здесь, в этом здании, имелся житель не человек.

— Вы двое уже догадались? Поразительная проницательность. Необходимые травы находятся в хранилище моей семьи. Там коллекции предков, собиравшиеся веками. Когда кто-либо хочет прикоснуться к ним, прадедушка становится очень ворчливым и даже неприятные беспорядки устраивает.

— Прадедушка Каору — это же предыдущий глава предыдущего главы семьи Саяномия!

Саяномия Коремити. Основатель Комитета компиляции истории, который отправился в Европу, чтобы изучать иностранную магию. Родился в период Мэйдзи и умер в сороковой год периода Сёва.

Вспоминая его биографические данные, Юри умолкла. Это значит…

— На протяжении веков все главы семьи Саяномия были заядлыми и увлечёнными коллекционерами. Даже после своей смерти они присматривают за теми коллекциями. Но, кроме некоторой смертельной опасности, которой подвергается Амакасу во время попытки взять что-нибудь из хранилища, реальной угрозы нет, поэтому не беспокойтесь.

— Вот поэтому-то я и сказал, пожалуйста, не просите меня заниматься тем, что выходит за рамки моей зарплаты! Терпеть такого не могу!

— А что не так? Разве ниндзя не должен служить обществу бескорыстно?

— Именно это нелепое описание и заставляет нас делать работу в крайне опасных для труда условиях!

Наблюдая за небольшой перепалкой начальника и подчинённого, Юри и Лилиана удивлённо раскрыли глаза, когда до них дошла правда про этот дом с привидениями.

Зато сейчас у них есть всё, чтобы спасти Годо и остальных.

— Что ж, начнём готовить ритуал входа в Астральный мир… Честно говоря, подобную высокоуровневую магию я использовала только однажды, поэтому полной уверенности у меня нет.

Кажется, Лилиана пыталась прогнать все свои сомнения.

— Но я приложу все свои усилия, и, надеюсь, вы мне поможете.

— Раз так, то у меня есть предложение. Так как у заклинаний есть специализация, но вы обе мико, пусть Юри займётся аспектами в области Астрального мира, так выйдет гораздо быстрее, — произнесла Каору, посмотрев на них.

Юри тоже с этим согласилась, ведь её духовное зрение являлось тем, что западные маги называют «воспоминаниями пустоты». И в таком случае самой подходящей кандидатурой для действий по ту сторону была…


[1] Период Тайсё — период в истории Японии с 30 июля 1912 по 25 декабря 1926, когда императором был Ёсихито. Девиз правления императора, давший название эпохе — Тайсё (великая справедливость).

[2] Если кто не знает, то слово «андрогинный» в данном контексте означает — не понятно какого пола, он, она или (о ужас!) ОНО.