Глава 3. Встреча на священных землях. Часть 1.

По окончании школьных занятий, на следующий день после встречи с Марией Хикари.

Годо направлялся в святилище Нанао в парке Сиба. Вчера, после того как джентльмен из семьи Кухоцука покинул их, Годо ещё раз решил обсудить тему занятия позиции химе-мико.

— Сайтэнгу это святилище на горе Никко в префектуре Точиги. От служащей там в качестве химе-мико требуются особые качества, но они крайне редки, поэтому место остаётся вакантным почти столетие, — выйдя из метро, Юри давала Годо пояснения, пока они вместе шли к святилищу.

Эрики и Лилианы с ними не было. Годо решил, что их присутствие не совсем корректно при разборе дел, которые касаются химе-мико и Комитета компиляции истории, поэтому и не сказал им, что собирается в святилище Нанао.

— Столетие? Тогда она, должно быть, просто невероятна.

— Да, уже просто обладание данной способностью делает Хикари редкой ученицей химе-мико за целый век. Семья Кухоцука узнала о моей сестре довольно давно, и с тех пор они пытаются устроить её переезд в Сайтэнгу. Тем не менее, до недавних пор, в силу юного возраста и ещё не развитых способностей, мы оберегали её от того, чтобы она узнала подробности.

Обсуждая это дело, Юри выглядела довольно подавленно.

— Скорее всего, из-за того, что её текущий уровень духовных сил приблизился к требуемому для принятия обязанностей химе-мико Сайтэнгу, месяц назад Микихико-сан начал нас навещать…

— Да уж, хотя признание талантов и способностей это необязательно плохо.

Ещё во времена начальной и средней школы Годо очень серьёзно относился к игре в бейсбол.

Если бы он продолжил заниматься, то, возможно, мог бы попасть в одну из сильнейших токийских команд среди старших школ. Но в возрасте пятнадцати лет Годо пришлось принимать решение. А для Хикари, которая была всего лишь двенадцатилетней ученицей начальной школы, не слишком ли это рано?

— Как и сказал Микихико-сан, на самом деле для мира химе-мико в таком же возрасте, что и у моей младшей сестры, вполне обычно покидать дом ради тренировок. Когда мне было столько же, сколько и ей, я уже покидала дом на два года.

— Вот как, ты тоже раньше из дома уезжала, Мария?

— Да, чтобы пройти тренировки мико вместе с Эной и Каору.

Юри упомянула двух химе-мико, которых Годо тоже знал.

— Однако важность отправки Хикари в Сайтэнгу совсем иного рода. Для семьи Кухоцука, она редчайшая химе-мико века. На том посту у неё будет крайне мало личного времени и, скорее всего, ей будет запрещено ездить домой. Она запросто может провести там десятилетия.

— И вот такое решение чуть ли не всей жизни, как они могут заставлять ребёнка принимать его?..

Они подошли к первым ступенькам подъёма в святилище Нанао.

Эта вереница каменных ступеней являлась самой длинной во всём Токио и была очень крутой. Подстроившись под скорость шагов Юри, которая не отличалась атлетизмом, Годо медленно шёл вверх.

Упорная химе-мико с появившимися заметными на лице бисеринками пота казалась даже краше, чем обычно.

— Мария, ты выдержишь? Давай, держись за мою руку.

— Г-Годо-сан, большое спасибо.

Так как выглядела она так, словно ей тяжело приходится, Годо, естественно, протянул ей руку, и Юри, вполне естественно, схватилась за неё — и только после этого до них начало доходить.

— Т-только не пойми неправильно, тут ничего такого глубоко значащего нет!

— Да, я-я, конечно, об этом знаю!

Чувствуя, что надо немедленно отпустить руку, Годо расслабил хватку, в то время как его пульс резко подскочил.

В глубине души он всё ещё беспокоился о Юри, которая пересиливала себя, несмотря на свою слабую выносливость. У него было ощущение, что сам он просто не вынесет, если её руку отпустит, может, всё по причине этого беспокойства? Годо ждал, что руку отпустит она.

— К-как неловко. Заниматься таким в подобном месте… Если кто-то увидит… — Юри немного склонила голову, застенчиво бормоча себе под нос.

Но и она не отпустила его. Так как хватку Годо уже ослабил, для того, чтобы разделиться, ей всего лишь надо было убрать свою руку.

— Д-да, так как Мария выглядела очень обессиленно, я захотел тебе помочь немного…

— Д-да… Если дело так обстоит, то продолжать в том же духе вполне нормально. Как ты и сказал, я совершенно выбилась из сил…

Годо вдруг ощутил, как в голове у него всё опустело, и ляпнул что-то непонятное…

А оказавшаяся в затруднении и застенчивая Юри, каким-то образом хотела сохранить создавшееся положение…

В результате они стали подниматься по ступенькам, держась за руки.

Во время подъёма Годо тянул Юри за собой.

Успешно добравшись до самого конца ступеней, они, наконец, разжали руки.

Годо смог подавить своё сопротивление и мельком взглянул на лицо Юри. Её голова была опущена, а щёки полыхали ярко-красным.

Но при этом она всё равно продолжала находиться рядом с Годо, идя сбоку, и это была довольно волнительная дистанция.

Годо ощутил, что Юри сейчас крайне восхитительна, но в этот самый момент он услышал радостный голос.

— Я вас так долго ждала, онии-сама, онее-чан!

К Годо приближалась невысокая и милая девочка в одеяниях мико, состоявших их белого верха и красных хакама.

Само собой, это была Мария Хикари, и Годо с усилием подавил трепет своего сердца.

 

Так как они только что вернулись из школы, на Годо и Юри всё ещё была форма.

Дожидаясь, пока Юри переоденется в одежду мико в подсобке святилища, Годо и Хикари уселись во дворе и начали болтать.

— Каждый раз, как я сюда прихожу, задаюсь этим вопросом. Здесь всегда такая умиротворённость, хоть мы прямо в центре города.

Годо осматривал святилище, в котором никого не было, за исключением его самого.

Вечер буднего дня, к тому же, это святилище не являлось известным среди туристов местом посещения. Учитывая данные факторы, естественно, посетителей тут много не будет. Но ведь большее число людей, это лучше, разве нет?

— Многие даже не слышали о святилище в Нанао, так как оно расположено на важных духовных землях. Чтобы не дать распространиться информации о данном месте, Комитет компиляции истории приложил довольно много тайных усилий, — ответила Юри.

Скорее всего, во время переодевания она успокоилась и снова вернулась к своему обычному поведению химе-мико.

— Именно поэтому все приходящие сюда посетители — это жители близлежащих окрестностей.

Хикари также добавила, что это святилище иногда используется для тренировок.

Когда кто-нибудь из персонала святилища время от времени проходил мимо Годо, они вежливо кивали и тут же шли своей дорогой. Годо был очень обеспокоен тем, в каком свете они его видят.

— Ладно… Давайте не будем об этом, продолжим наш вчерашний разговор, — Годо решил оставить все другие заботы и сразу перешёл к главному. — Нерушимые причины, по которым тебя хотят заполучить в качестве мико в святилище в Никко, в чём они конкретно заключаются?

— Всё потому, что я могу пользоваться «Очищением катастроф». Химе-мико в Сайтэнгу должна быть из тех, кто умеет пользоваться данной силой… Кстати, давай покажу. Онее-чан, пожалуйста, используй любое заклинание по своему выбору.

Услышав просьбу Хикари, Юри достала из складок своего одеяния белый квадратик плотной бумаги.

Поработав над ней своими изящными пальцами, она быстро придала ей форму знакомой птицы — журавля. Используя стандартные шаги оригами, Юри сделала из листка бумаги белого журавля.

Находившийся на ладони химе-мико бумажный журавль начал медленно подниматься в небо.

— Он взлетел?!

Годо с изумлением наблюдал за тем, как Юри перехватила бумажного журавля и разорвала его пополам.

После того, как она отпустила половинки, Годо подумал, что они упадут на землю, но они начали летать и превратились в журавлей той же формы, что и раньше.

Таким же образом Юри увеличила число бумажных журавлей, остановившись, когда их стало двенадцать.

— Тут ничего такого нет, всего лишь простое заклинание…

Юри застенчиво улыбнулась. Бумажные журавли медленно парили в воздухе, но стоило только Хикари схватить одного из них, как все двенадцать исчезли.

В руке Хикари остался один единственный листок белой бумаги.

Хотя сложные линии изгибов остались, он утратил форму журавля и стал прежним квадратным листком.

— Это и есть очищение катастроф, онии-сама! Хотя выглядит эта способность не так уж и впечатляюще.

— Проще говоря, она может развеивать заклинания и магическую силу. Хикари способна стирать все необычные сверхъестественные явления.

— А так как я всё ещё учусь, то работает это только через прямой контакт.

Слушая объяснения сестёр, Годо кивнул, чтобы выразить своё понимание.

Описание способности, как не очень впечатляющей на вид, вполне верно, выглядит довольно неброско. Тем не менее, это, должно быть, очень удобная сила.

— А она может стереть силу богов и нас, Чемпионов? Если такое возможно, то она способна снизить ущерб после кризиса!

Как только у Годо возникла данная мысль, он тут же её и озвучил. Такую значимую способность лучше всего использовать против тех, кто угрожает мирной жизни. (К сожалению, Годо не мог исключить себя из данной группы.)

— Ну-у-у, что касается этого… Такое на самом деле невозможно.

— Чемпион или Бог-еретик управляют чрезвычайно мощной магией. Как бы мы ни пытались, получается стереть лишь малую её часть, или ослабить её на непродолжительное время.

Сёстры незамедлительно разъяснили Годо то, что он принял желаемое за действительное.

— Раз так… Очень жаль. Так почему им нужна мико с подобной силой?

— Нам они тоже не объяснили, для чего химе-мико Сайтэнгу требуется сила очищения катастроф.

Юри была несколько обеспокоена, и Годо нахмурился.

— Ни кандидату, ни его семье не говорить причину того, что выбор пал на неё, это как-то уже слишком.

— Тут ничего не поделаешь. Сайтэнгу является частью Никко Тосё-гу и важным духовным местом, где охраняют божественного монарха. Информация об этом месте самая большая тайна из всех тайн семьи Кухоцука. Хоть мы и химе-мико, положения семьи Мария недостаточно, поэтому они и не обязаны нам что-либо объяснять.

«Когда про священного монарха говорят, это же Токугава Иэясу, верно?» Годо припомнил то, что знал о Никко Тосё-гу.

После смерти Токугавы Иэясу, в месте его погребения и почитания было построено святилище, выполняющее роль мавзолея. Почитаемым там божеством, естественно, стал возведённый в боги Божественный Монарх Лорд Иэясу. В ипостаси бога его звали Тосё Даигонгэн.

— Я реально не смогу чувствовать себя спокойно, если позволю тебе в одиночку отправиться к этим подозрительным типам… Честно говоря, я чувствую, что им вообще доверять нельзя.

— Но онии-сама, Микихико-сан не плохой человек, — с обеспокоенным лицом ответила Хикари на слова Годо. — Судя по рассказам сестрицы Эны, среди наследников Четырёх Семей он самый усердный и серьёзный!

У Сейшууин Эны хватает благоразумия, чтобы понять, что сама она относится ко всему слишком несерьёзно? Надо же. Данное открытие сильно поразило Годо.

— Раз он такой серьёзный человек, почему он вынужден заниматься таким проблематичным наймом?

— Сайтэнгу было построено триста лет назад, и всё это время семья Кухоцука его охраняет. И в подобной престижной семье с древними магическими традициями, должно быть, существуют какие-нибудь не очень разумные правила, передающиеся из поколения в поколение. Скорее всего, Микихико-сан чем-то таким и связан, из-за чего свободы выбора у него нет, — объяснила Юри.

— Прямо как всякие неудобные семейные устои древних кланов, которые часто описываются в исторических книгах?

— Н-наверное. А?..

Отвечая на грубую аналогию Годо, Юри вдруг начала осматриваться вокруг.

— Мария, что с тобой?

— А, ничего, просто такое ощущение, что всё это время за нами кто-то наблюдает.

Хоть Юри и приняла это за своё воображение, тут Годо с ней не согласился. Если химе-мико, обладающая выдающимся духовным зрением, сказала «что-то почувствовалось», то практически не оставалось никаких шансов на то, что это самое «что-то» — ничего такого.

— Онее-чан, давай недавних птичек используем, чтобы всё разузнать?

— Да… Просто на всякий случай, так и сделаем.

Как и предложила её младшая сестра, Юри воспользовалась тем же способом, что и ранее, чтобы сделать десять бумажных журавлей. Все они разлетелись в разные стороны в пределах границ святилища.

Внезапно один из журавлей был разорван с характерным звуком. В то же самое время раздались крики:

— Ваа?!

Звуки шли из-за ближайшей сосны, где порвался бумажный журавль.

Немного поразмыслив, Годо обратился к Хикари:

— Эмм… То, что ты недавно сделала, не могла бы ты применить то же на этом дереве.

— А, да, ясно, онии-сама.

Хикари подошла к дереву, на которое указал Годо, и дотронулась до него.

На коре дерева вдруг появились очертания человеческой фигуры, вскоре эти очертания обратились красивой девушкой восточноевропейского происхождения и с хвостом серебристых волос.

— Лилиана… И что ты там делала?

Услышав голос Годо, Лилиана Краничар нервно пояснила:

— П-просто работа телохранителя, я за тебя волновалась.

Ожидаемый ответ.

Эта девушка-рыцарь постоянно называла себя телохранительницей Кусанаги Годо и следовала за ним.

— Разве раньше я тебе не говорил, чтобы ты палку не перегибала?

— Ничего я не перегибаю, это необходимая предосторожность для защиты господина, долг рыцаря, — с серьёзным видом ответила Лилиана, чтобы скрыть своё смущение.