Эпилог

Обезьяний божественный монарх, которого превратили в камень, всё ещё был заключён в конюшне.

Его тело выше колен уже стало плотью, а ниже пока ещё оставалось каменным.

Стены конюшни отображали земное небо, и постепенно они потемнели.

Змеиное божество Левиафан, которое сначала парило в воздухе, рухнуло. Так исчезла необходимая для ритуала пробуждения жертва, воскрешение обезьяньего божественного монарха остановилось на полпути.

Но.

— Раз уж до такой стадии продвинулось, возможно, тот особый метод сработает? — пробормотал божественный монарх, смотря на камень, покрывающий его ноги.

Они хоть и не могли двигаться, всё остальное уже освободилось, так что, вполне может сработать.

— Если не сработает, просто вернусь к тому, каким был, попытка не навредит. Бессмертный путешествует по Северному морю утром и возвращается в Кань-Ву на закате — эй!

Тут и объяснений не надо. Он использовал божественную силу, чтобы заставить своё тело взлететь.

Монарх быстро складывал руками мудры[1].

В следующее мгновение, обезьяна, занимавшая позицию Смотрителя лошадей, стояла на облаке, висящем в воздухе.

— Разящий драконов драгоценный клинок, открой мне путь!

Он отдавал приказ Занрюуто, который лежал на земле.

Как только был отдан приказ драгоценному мечу, наполненному очищающей от катастроф силой мико, клинок стал избавителем от проклятий. Хотя всего лишь на мгновение, барьер Смотрителя лошадей был развеян.

Воспользовавшись этим самым мгновением, обезьяний божественный монарх, оседлав облако, рванул за пределы стен конюшни.

Успех! Прорвавшись сквозь барьер и пролетев на своём облаке по коридору, он почти сразу же выскочил на земную поверхность.

Управляя летающим облаком, обезьяний божественный монарх рассматривал окрестности с воздуха.

Немного знакомый пейзаж горы Никко.

Сейчас монарх освободился, но его ноги ниже колена всё ещё оставались каменными, так что полным пробуждением это не назовёшь. И сейчас он начал принюхиваться, чтобы обнаружить ту мико.

Нашел!

Облако полетело к подножию горы Никко и добралось до туристического пути к Тосё-гу.

Там находились две мико и женщина со сверкающими светлыми волосами, но целью монарха была только маленькая мико.

— Видишь, я тебя нашёл! Ха-ха-ха, тебе не сбежать!

— Обезьяний Божественный Монарх-сама?! Почему вы здесь, на поверхности?!

— Хмм? Так эта обезьяна и есть военачальник «Стали»?!.

Старшая мико и девушка со сверкающими волосами оказались крайне удивлены.

— Б-божественный Монарх-сама?! — меньшая мико, которая была его целью, удивлённо открыла свой милый маленький ротик.

— О, это тело идеально мне подойдёт. Извини, но на какое-то время я его позаимствую. Подойди! Гром правит в поднебесье, от лицемерия свободном. Великий прогресс и успех, преимущества верности!

Используя божественную силу совместно с мантрой, обезьяний божественный монарх начал изменяться.

Превратившись в крошечную золотую сферу, он проскользнул в рот меньшей мико. Тело, в которое он вселился, теперь принадлежало ему, и божественный монарх мгновенно захватил физический и умственный контроль.

Сейчас тело мико полностью было во власти божественного монарха. Хикари резко и широко распахнула глаза.

— Красные с золотыми зрачками?!.

— Эт-то золотой взгляд огненных глаз! Неужели тело Хикари было… Божественным Монархом-самой?!.

Раз к нему приковало взгляды женщин, значит, святые глаза точно проявились.

Лучше всего сейчас пойти зеркало найти. Хоть он и был всего лишь обезьяной, внешний вид его заботил немало.

«Да. Я обезьяна, но обезьяний божественный монарх. Сейчас, завладев мико со способностью очищения катастроф, я могу использовать эту духовную силу, и она нейтрализует остатки запечатывающего заклинания…»

— Так, дальше надо и делами заняться. Учиню на земле катастрофы какие-нибудь и реально повеселюсь! Ха-ха-ха, пока, до скорого!

Используя голос мико, чтобы всех предупредить, он сделал телом Хикари обратное сальто в воздухе.

Снова летя на облаке по небу, он пока ещё не определился с конечной целью. Сразу можно и богоубийц поприветствовать. Он, наконец, вернул обратно свою силу бога.

 

— А-а!.. На этот раз мастер проиграла.

Этим насмешливым тоном говорил стройной наружности юноша.

Неужели это непосредственный ученик Лю Хао, молодой господин какой-то там семьи… Лю Иньхуа? Вместе с ним появились и Эрика с Лилианой. Увидев, что все целы и невредимы, Годо, наконец, ощутил облегчение.

Внезапно его сердце начало испытывать приступы спазматической боли. Побочный эффект от использования «Хищной птицы». Очень скоро его тело окажется обездвиженным.

Время вышло. У Годо явно больше не было сил для битвы, да и времени тоже, но почему это его победа?

— Т-ты с тем же успехом можешь сказать, что это я проиграл. Смотри, как я изранен, — произнёс Годо, превозмогая боль.

Почему юноша отдавал больше предпочтения врагу, чем своей собственной наставнице? С трудом в это верится.

— А, похоже, вы не заметили… Мастер потеряла сознание.

Движимый его словами, Годо снова взглянул на красавицу.

Продолжая всё так же стоять на коленях, она оставалась совершенно неподвижной.

— Последний ход Кусанаги-сана, похоже, он оказался очень эффективным, — Лю Иньхуа пожал плечами.

«Последний ход? Что произошло?»

— Воспользовался изменением скорости, уловка с медленным движением, а затем неожиданный и сильный удар в критически важную точку, плюс вы ещё и какой-то божественной силой пользовались, верно? Вероятно, всё благодаря этой самой вот мощной атаке, хотя, эта потеря сознания лишь временное явление… Сильных ранений у неё нет, но она определённо в нокдауне и можно счёт начинать.

Годо был немало удивлён, ведь он сам не помнил, что сделал.

— Даже если бы мастер и не потеряла сознание, то свой провал она должна была бы признать. При её-то невероятной гордыне, хоть вы двое и Чемпионы, но практически от ребёнка получить удар в критическую точку, такую же важную, как даньтянь или другую какую, это слишком большой позор.

— Т-ты преувеличиваешь, я сейчас даже пошевелиться не могу. Больно!

Боль усиливалась, и тело Годо начало деревенеть. Его выносливость достигла предела, Годо пытался подать знак глазами ничем не занятым девушкам, типа: «Девушки, остальное оставляю на вас, пожалуйста!»

— Верно… Годо ударил её в ключевую точку, но то, что и он тяжело ранен — тоже факт. Согласно результату, в конечном счёте, это должна быть…

Эрика раздумывала, а Лилиана произнесла с недовольным выражением:

— Ничья? Да, такое описание вполне может оказаться подходящим…

— Да, тогда решено. Уже почти время привести её в чувство — Мастер! Пожалуйста, придите в себя, Мастер! С вами всё в порядке?!

— Хоть у неё всего лёгкая потеря сознания, не лучше ли будет хоть какое-то лечение использовать?

В ответ на предложение Лилианы Лю Иньхуа пожал плечами.

— Верно, но всякий раз, когда кто-то пытается коснуться её, когда она спит или находится без сознания, тело Мастера нападает автоматически… Пребывая во сне, с небывалой лёгкостью шеи людям сворачивает, лучше быть осторожнее.

Эта информация заставила Годо содрогнуться от страха.

Иными словами, если бы он заставил победе затмить его чувства и попытался бы нанести бессознательной главе культа Лю Хао добивающий удар, то вполне и умереть бы мог. И хотя у него явно таких намерений не было, данный факт в очередной раз подчеркнул различие в их уровне.

— Мммммм… Ммммм… — милая девушка, которая ужасала Годо, наконец, ответила на зов своего ученика.

Затем резко открыла глаза. Приподняв верхнюю часть туловища, она начала кашлять в крайне восхитительной манере.

— Это… Что за место? Что вообще?..

— Мастер, ваш ученик Лю Иньхуа неустанно наблюдал за доблестной битвой двух великих воинов. Кусанаги Годо исчерпал все свои силы и не может даже шагу ступить, в то время как Мастер потеряла сознание. Иными словами, победителя нет, ничья, как вам?

С идеально уважительным тоном Лю Иньхуа доложил своему мастеру о результатах.

Лю Хао какое-то время молчала, но вскоре вспомнила о случившемся.

Она посмотрела на своего ученика, посмотрела на Годо, по ходу дела посмотрела и на двух рыцарей позади, а затем её прекрасные и бледные черты лица стали пунцовыми, и она склонила голову.

— Мой юный орёл, твоё описание как нельзя верно! Все, пожалуйста, разойдитесь! — произнесла она, всё ещё низко склонив голову.

И сразу же после этого все собравшиеся услышали радостный голос юной девочки.

— Надо же, два Чемпиона, и что это с вами случилось? Как вы такими избитыми оказались? Ха-ха-ха, понятно, друг с другом дрались, о, какая энергичная и импульсивная молодая кровь!

Голос хоть и принадлежал Марии Хикари, чувство такое, что говорила совершенно иная сущность.

Посмотрев в небо, Годо сильно удивился.

Хикари летела на небольшом золотистом облачке, парящем в небе.

Хикари-бог

Когда она смотрела на них сверху, её глаза выглядели очень странно. Глазные яблоки красные, словно налились кровью из-за раздражения дымом, а зрачки были золотыми.

Так называемый золотой взгляд огненных глаз, о котором Годо только позже узнал.

Побочные эффекты «Хищной птицы» заставляли его сердце сильно болеть, и его тело не могло двигаться. Но он ощутил крайнее возбуждение, словно встретил давнишнего соперника, и это заставило его тело преисполниться боевым духом.

Рядом с ним Лю Хао восстановила подвижность и забыла об истощении после битвы.

Мария Хикари стала богом, Богом-еретиком.

На лице юной мико появилась маска, белая, с мордой обезьяны и красным обводом вокруг прорезей для глаз. Годо как-то раз видел такую на фотографиях пекинской оперы.

Это было нарисованное лицо, которое использовали, играя роль Привлекательного обезьяньего короля.

Годо знал его имя, но не мог произнести из-за боли.

— Наконец, пробудился, Привлекательный обезьяний король? — подняла голову и решительно спросила Лю Хао вместо Годо.

— Верно, верно, богоубийца, что делит со мной родину! — для ответа Бог-еретик воспользовался голосом Хикари, после чего указал в небо. — Я не обезьяний божественный монарх, я небо, существо равное небесам…

Эта торжественность не принадлежала ни весёлой и оживлённой мико, ни шутливой обезьяне.

— Я обезьяний король, рождённый из камня, с бесконечно божественной силой, с безграничными превращениями, крадущий эликсиры из небесных дворцов, любитель выпивки, вор персиков, играющий с боевыми искусствами, яростно действующий в изобличении зла!

В руке Хикари появился стальной посох.

— Фамилия моя Сунь, первое имя Укун. Я сам себя короновал, я Великий Мудрец, Равный Небу!

Великий Мудрец, Равный Небу, Сунь Укун[2].

Таково было имя могущественного бога, владевшего посохом с названием Цзиньгубан.

 

В то же самое время, окрестности горы Никко.

Люди, которые упали на землю из-за того, что их жизненную силу вытягивало змеиное божество Левиафан — они стали превращаться.

Будь то мужчина или женщина, старый или молодой, с разной внешностью и происхождением, их внешний вид изменился, и они снова стали активными.

Но не в качестве людей, а уже в форме обезьян.

В настоящий момент в окрестностях Никко Тосё-гу появилось огромное количество обезьян.

Далее, в то же время, аэропорт Нарита.

Женщина из Америки без всяких встречающих сама вышла из зоны прибытия и искала станцию экспресс-поезда, на котором собиралась ехать дальше. Размышляя про себя, она подумала, что давно уже за океан не путешествовала.

Прошлые несколько лет она была очень занята — постоянные драки с колдунами, монстрами и демонами.

Для неё эта поездка является ценной возможностью позабыть предыдущий провал.

Да. Такого парня надо просто забыть. Такой мужчина изначально не её тип. Должно быть, она где-то ошиблась.

В будущем надо выбирать напарника тщательнее. Чтобы стать её партнёром следующий должен быть более безжалостным и привлекательным, иметь более хорошие манеры и стиль.

В этом мире разные люди живут, подумать только, что есть женщины, которые таких мужчин выбирают в качестве спутника жизни…

«Энни, синяя птица удачи не прилетает к тем, кто себя обманывает, так ведь?»

«Иными словами, к притворщикам».

Те близкие ей старички, скорее всего, так бы всё прокомментировали, будь они здесь, думала про себя леди из Америки.

Её звали Энни Чарльтон, а также и Джон Плуто Смит называли, Дьявольский Король, которого в Лос-Анджелесе восхваляли, как живую легенду.


[1] Мудры – особые комбинации пальцев, влияющие на физическое и эмоциональное состояние. С их помощью можно снять стресс, избавиться от чувства тревоги или усталости, обрести внутреннюю силу и душевное спокойствие.

[2] Сунь Укун — Китайский литературный персонаж: Царь Обезьян, известный по роману «Путешествие на Запад» У Чэнъэня. Является одним из наиболее популярных образов трикстера в культуре Восточной Азии.