Глава 6. Бог и Чемпион, напряжённое противостояние двух героев. Часть 1.

Прошло несколько часов после бегства богоубийц.

Хоть и стояла поздняя ночь, Великий Мудрец, Равный Небу, Сунь Укун, даже и не думал спать.

— Проклятье, старый добрый Сунь искал хорошей драки, а всё, что они сделали, так это сбежали. Ну что за жестокие и невнимательные к другим товарищи!

Призвав своё золотое облако, он летел к вершине горы Нантайсан.

Взирая на тьму внизу, Сунь Укун ворчал. Из-за истощения божественной силы Чжу Ганле и Ша Сэна с ним не было, они снова стали фигурками.

— Раз так, то чтобы не дать этим ребяткам и со следующей битвы смыться, надо мне ловушку основательную организовать… Заманить их, окружить их и избивать, сколько душа пожелает…

Усевшись на своём облаке со скрещенными ногами, Великий Мудрец начал бубнить себе под нос:

— Продемонстрировать им мою божественную мощь — метод действительно эффективный. Этот богоубийца-молокосос, кажется, очень даже одержим девочкой, что у меня в животе… Он точно по своей воле явится. Что же до товарища в чёрном, здорово будет, если и он придёт, если нет, то я его каким-нибудь другим способом выманю.

Несмотря на довольно долгие раздумья, додумался Сунь Укун только до таких вот полумер.

Божественная обезьяна являлась сильнейшим буяном во всём мире, а заодно богом битв, которому совершенно чужда концепция предварительного планирования.

— Хо-хо-хо, эти обширные земли уже являются моей территорией, и будет неплохо расширить её границы ещё больше.

Бормоча себе под нос, Великий Мудрец, Равный Небу, выдернул из своей шерсти пучок волос.

Несколько раз прожевав их во рту, он выдул их.

После того, как данный процесс повторился несколько десятков раз, ветром разнесло десятки, сотни, тысячи прядей волос.

— Беспорочность. Изначальное свершение; благоприятна стойкость. У того, кто не прав, будет им самим вызванная беда. Ему не благоприятно иметь, куда выступить. В поднебесье гроза катится: все достигают естественного состояния беспорочности. Так, цари древности, преисполненные добродетели и живущие в гармонии со временем, пестовали и вскармливали всё сущее[1].

Читая слова заклинания, Великий Мудрец передал свою божественную мощь двойникам.

Осталось подождать, пока эти создания разбегутся по обширной территории. Кроме расширения этой самой территории, они также могут продемонстрировать тем Чемпионам божественную мощь обезьяньего короля, и их можно использовать в качестве сигнала к началу боя.

«Посидим и подождём, пока добыча не покажет себя».

Великий Мудрец хоть и не чувствовал сонливости, даже лёгкой, но всё равно уснул на своём облаке, крутясь и вертясь во сне.

 

Тосё-гу пока что оставался превращённым в каменную тюрьму — результат действия божественной силы Великого Мудреца, Равного Небу.

Чтобы разобраться с проблемой пленённой демонической главы культа, тут всё ещё оставались работающие люди, и это несмотря на позднюю ночь.

Персонал, ответственный за опечатывание местности, принадлежал к мобильным подразделениям вооружённых сил, полиции, заклинателям, пытающимся повернуть катаклизм вспять посредством магических методов, а также к работникам Комитета компиляции истории…

Их штабом служила палатка, временно поставленная на главном туристическом маршруте к Тосё-гу. В настоящее время здесь собралось трое заметных членов комитета, ответственного за разбор ситуации.

— А-а-а!.. Каждый раз, когда мне напоминают о заключении мастера внутри камня, у меня такое чувство, будто всё моё тело полностью сковало! О, небеса, если бы только этот недостойный ученик Лю Иньхуа, мог взять страдания мастера на себя! И т.д. и т.п… Сейчас мой черёд перевернуть карты и показать их! Я использую приём «Это же дом того человека!», за которым последует «Я не приму того, что у него такая жена!»

Первая половина этой речи была высказана очень громко, а вот остаток произносился довольно тихо, чтобы слышно было только тем, кто находился рядом с говорящим.

А говорил Лю Иньхуа, давая представление одного актёра во время игры в карманную приставку со стилусом.

— Таким способом я в лоб не пойду. Активирую защиту «Не смей больше приближаться к нему, искусительница!..» Кстати, господин Лю, какой смысл в той небольшой комедии? — проговорила Саяномия Каору, таким же самым образом игравшая на карманной приставке.

И хоть сейчас было четыре утра, внимательность, с которой она отнеслась к своему внешнему виду, была непогрешима: свеженький пиджак, белая рубашка с выступающими рукавами, а также хлопковые брюки (естественно, всё в мужском стиле).

— Смысл есть, и ещё какой. Мастер — это личность далеко не ординарная… Даже пребывая запертой в каменной тюрьме, я не удивлюсь, если она слушает внешние звуки, используя сверхъестественный слух. То представление является важной частью предоставления доказательств присутствия.

— Тот факт, что у неё такой характер, что кто-то вынужден подозревать с её стороны подобные действия — вот что самое ужасающее в ней… — прокомментировал Амакасу ответ Лю Иньхуа.

Он всё ещё был одет в свой обычный костюм, только на этот раз дополнением к костюму служили свитер с плотным хлопковым жилетом и хирургическая маска — полный набор оборудования для сохранения тепла и сопротивления гриппу.

Сморк.

— Даже если ситуация разовьётся до участия команд с тринадцатью участниками, как в боевой манге про школьный совет, удивляться тут нечему будет… Моя очередь, дай-ка я активирую прерывающую магию «Врывается полиция: уровень 3»!

— Ух ты… Это на одну треть снизит уровень энергии всех карт с атрибутом сталкера?!

— В результате данного эффекта, все карты господина Лю пошли на корм рыбам, и единственный оставшийся оппонент — это Каору-сан…

— Ой, надо же, Амакасу-сан, в своей руке я держу карту, которая заставляет всех остальных совершить самоубийство, «Ты неудачник по жизни»… Можешь в это поверить?

— Кто знает? У Каору-сан эта карта уже дважды была. Какой бы смелой вы ни были, не думаю, что воспользуетесь этой обоюдоострой картой, сделав хет-трик… Кхе-кхе!

— Хо-хо-хо, если ты слишком недооценишь меня, то я забеспокоюсь… А сейчас я использую «Моё лоно носит в себе ребёнка этого человека!», чтобы начать атаку на господина Лю.

— Нацелилась на меня?! А вот нечего свысока смотреть! Я жертвую всех сталкеров и призываю «Бедствие»!

Эта троица объединила свои карманные приставки в единую сеть, чтобы поиграть в трёхстороннюю битву.

Три бездельника

И пока битва (также известная как убийство времени) постепенно двигалась к кульминации, были и другие люди, которые усердно работали.

— Хмм… Не пойдёт… Обычные даосские техники не смогут противостоять этому окаменению!

— О нет… Основательница будет погребена здесь навечно?!

Эти голоса звучали довольно неясно, и у них был очень характерный акцент.

Лю Иньхуа вызвал подчинённых семьи Лю из таких мест как Йокогама, Синдзюку, Икебукуро и Акихабара, и сейчас они проводили спасательные мероприятия.

Среди них, было семь или восемь мужчин-экспертов по даосским техникам.

— Честно говоря, Комитет, вообще-то, запрещает вход на данную территорию иностранному персоналу, который не состоит на службе в самом Комитете…

— А я с этим и не спорю, считай, что теперь я тебе должен.

— Раз молодой господин из семьи Лю так говорит, то лучше некуда. Но какого практического прогресса вы ожидаете? Я думаю, что это просто напрасная трата усилий.

— Много же тебе времени понадобилось, чтобы это сказать. Это не только напрасная трата усилий, это вообще бессмысленно. И хотя с точки зрения даосских техник людей данное заклинание можно отнести к типу Ци Мэнь Дунь Цзя[2], его всё-таки бог наложил. Естественно, для моих братьев его нейтрализация невозможна. Я с самого начала ничего такого и не ожидал.

— Вот те на… Вы же явно главный и всё равно такое говорите?

— Да он изначально знал, что ничего не выйдет. Но зато это позволило сотрудникам Комитета разобраться с делами, которые никак не связаны со спасательными мероприятиями, так что тут не о чем жаловаться. Хотя чисто количеством персонала разбираться с данным инцидентом бессмысленно…

Из-за внутренней тревоги Каору прекратила двигать стилус в руке.

Среди химе-мико Мария Юри обладала самым лучшим духовным зрением, но, фактически, Саяномия Каору имела такую же способность. И хоть её эффективность ниже, чем у Марии Юри, но уровень всё равно довольно значительный.

— Кхе-кхе, Каору-сан, в чём дело?

— У меня очень неприятное предчувствие, словно что-то плохое скоро произойдёт.

— Тогда мы не можем это игнорировать. В целях безопасности нам лучше приготовиться, кхе-кхе.

Амакасу достал небольшой нож и начал вырезать на окаменевшей земле какие-то китайские символы.

Каору тут же ощутила массивный поток магической силы.

Словно сюда двигался какой-то ужаснейший, но маленький по размеру объект, который несло ветром, и который наполнили чем-то наподобие божественной силы, и что окрестности подвергаются изменениям.

Все даосские эксперты семьи Лю заодно с полицейскими из ночного патруля превратились в обезьян!

Японские обезьяны, гиббоны, шимпанзе, орангутаны и так далее… Множество видов приматов. Их когти и клыки были исключительно длинными, в то время как тела — пугающе большими. Да и выглядели они крайне злобно.

Как только обезьяны заметили двух сотрудников Комитета и прославленного молодого господина гонконгской семьи Лю, то сразу же воспылали жаждой убийства!

Но стоило им яростно броситься в атаку…

— Именем Загадочной леди Девяти Небес, скорее повинуйся моему велению! — зачитал Амакасу мантру.

Символы изменений шести «инь», вырезанные на земле, начали высвобождать магическую силу.

Ударив рукой по земле, Амакасу смог оторвать часть каменной поверхности, словно кусок ткани, которым он воспользовался, чтобы укрыть их троих, как занавеской.

Их фигуры мгновенно исчезли. Или, скорее, казалось, что они исчезли.

— Кхе-кхе! Это тоже вид Ци Мэнь Дунь Цзя… Я только в таких мелких трюках и хорош.

— Не принижайся, вышло, как всегда, эффективно, — похвалила Каору своего подчинённого за быстрые и достойные действия.

Не в состоянии обнаружить их троих, обезьяны начали осматривать и вынюхивать всё вокруг в попытке отследить пропажу, при этом добыча прямо у них под носом была.

Ци Мэнь Дунь Цзя — ниндзюцу, тип магии, который пришёл в Японию из Китая.

Она давала возможности скрываться, мгновенно исчезать и тут же появляться в другом месте, также данный тип магии имел свои огненные, водные и земляные типы заклинаний. Для потомка ниндзя, вроде Амакасу, эта магия представляла собой семейную тайну, передававшуюся из поколения в поколение.

— Очищающий ветер под небом падающего снега, что подсвечено луной, разгони же путь небесных облаков… Не желая ухода богини, надеюсь хранить на земле её красоту!

Находясь под защитой укрывающей техники, Каору использовала поисковое заклинание.

Усилив своё зрение, она осматривала город Никко сверху, словно телескопом пользовалась.

В тихом маленьком городе не должно быть много пешеходов в столь ранние часы перед рассветом. Тем не менее, можно было увидеть очертания неких существ, медленно выходящих из домов во тьме утра.

Либо ловко открывающие окна, либо разбивающие стекло, все выходящие существа были обезьянами.

Если догадки верны, то всё это люди, которых в обезьян превратил Великий Мудрец, Равный Небу.

Самый тёмный час перед наступлением рассвета…

И в этой глубочайшей тьме, повсюду сновали странные демонические обезьяны. Комическое и, в тоже время, ужасающее зрелище.

Каору продолжала следить сверху.

Беглый осмотр показал, что, судя по всему, все близлежащие улицы оказались во власти Великого Мудреца, Равного Небу. Если продолжать смотреть сверху, то вдоль железнодорожной линии Тообу-Никко, шедшей по берегу Дайягавы, расположилась область с парками, полями для гольфа и пышными зелёными площадями, кедрами, которые посадил поставленный Токугавой Иэясу наместник, Мацудайра Нобуцуна. И вся эта область тянулась вплоть до старых улиц Никко и дальше, до железнодорожных станций Ками-Имаичи и Шимо-Имаичи…

— Исходя из наблюдений, район, попавший под контроль Великого Мудреца, Равного Небу, состоит из окрестностей вдоль железнодорожных линий JR и Тообу-Никко. Поблизости Имаичи сейчас ничего странного не происходит, хотя, вполне возможно, что это лишь вопрос времени.

Каору поведала остальным о своих наблюдениях уже после того, как прервала действие заклинания.

В настоящее время число персонала, явившегося в Никко, составляло приблизительно человек тридцать: работники Комитета компиляции истории, сотрудники связанных с ним организаций, а также люди из местной полиции. Причина, по которой собрали так мало, состояла в боязни возникновения как раз такой ситуации, какая сейчас.

И наоборот, ни один из специально отобранных агентов в обезьяну не превратился. Как и доверенное лицо Каору, Амакасу Тома, они приняли действенные меры, которые посчитали необходимыми, основываясь на своих суждениях.

Однако даже совместная концентрация сил данных людей тщетна перед лицом бога.

— До рассвета всё будет нормально, но если с решением и дальше откладывать, возникнут проблемы. Кстати, противодействие данным превращениям, вероятно, потребует многих трудозатрат.

— Да? Тогда нам стоит начинать приготовления?

Их один единственный козырь это, естественно, Кусанаги Годо — Дьявольский Король, Чемпион.

Каору обладала таким достоинством, как умение всегда использовать для определённого дела лучше всего подходящего для этого человека, она никогда не тратила силы напрасно. Пока она вкратце отвечала своему подчинённому, Лю Иньхуа, кажется, внимательно прислушивался к какому-то шуму.

— Господин Лю, вы что-то услышали?

— Я знал, что рано или поздно это произойдёт, но у неё, наконец-таки, получилось. Вы разве не слышите? Звук разбиваемых камней… Раздавлены, разломаны, стёрты в порошок грубой силой.

Услышав тихий шёпот Лю Иньхуа, двое работников Комитета компиляции истории переглянулись. Никто из них не слышал, но очень похоже на то, что непосредственный ученик демонической главы культа обладал отточенными чувствами, не хуже чему у Сэйшууин Эны.

В общем, инцидент, похоже, движется к своей кульминации.


[1] Ещё один набор предсказаний из китайской Книги перемен.

[2] Ци Мэнь Дунь Цзя – техника «Ухода через чудесные врата» позволяет декодировать интересующие нас события жизни. Любое событие происходит в определенное время и в определенном месте. Техника Ци Мэнь Дунь Цзя дает инструменты, благодаря которым эти события можно читать.