Глава 7. Боги и Чемпионы, кульминационная последняя битва за победу. Часть 2.

Огромная священная птица летела над долинами Сэндзёгахара.

Соответствуя размаху крыльев, её массивное тело было несколько сотен метров в длину. Наблюдая за её величественным появлением Годо остолбенело смотрел вверх. Должно быть, она и несёт на себе последнюю участницу. Но всё же, даже если эта самая последняя участница и хотела добраться досюда, неужели стоило использовать настолько бросающееся в глаза средство транспортировки.

Прекрасная небесная девушка соскочила со спины огромной птицы неожиданно. На ней было платье ципао, которое плотно прилегало к телу и подчёркивало чудесные изгибы её фигуры.

Гипнотизирующий взгляд сверкающих глаз, неподдельная белизна зубов, её красоту можно описать только как не от мира сего.

Она спустилась по воздуху и приземлилась словно перышко, это была не кто иная, как Лю Цуйлянь.

— Благодарю за терпение, Великий Мудрец! И тебя тоже, мой младший брат.

Услышав её слова, Великий Мудрец, Равный Небу, переспросил:

— О? Младший брат?

— Верно. Присутствующий здесь Кусанаги Годо является моим названным младшим братом, братом Лю Цуйлянь. Наши отношения сродни тем, что у тебя с твоими братьями.

— Ха-ха! Но можете ли вы стать такими же большими, как мы?

— А если нет, то мы вас всех сразу одолеем, одновременно и вашу клятву о названном родстве похоронив…

Названные братья Великого Мудреца, Равного Небу, начали выдавать по возникшему вопросу надменные и провоцирующие комментарии.

Взгляд Чжу Ганле, полный похотливой жажды, специально уставился на Лю Хао; стоя на голове дракона, Ша Сэн, несмотря на свои слова, выглядел, как всегда, мрачно. В ответ Лю Хао улыбнулась с обыденной сдержанностью.

— Хо-хо-хо, а ведь прямо сейчас решить, кто из названных родственников сильнее — это неплохая идея. Согласен? А, младший брат?

— Эмм, ну, на самом деле, нас тут не совсем двое, ещё один участник есть…

С точки зрения Годо, он просто констатировал факт.

Но его названная старшая сестра, а также вышестоящая коллега на пути к доминированию, сурово уставилась на него в ответ.

— Ты что, задумал испортить нам, родственникам, первый шанс на совместную битву, приткнув ещё и эту личность подозрительного происхождения?! Глупо! Это богохульное оскорбление меня, твоей старшей сестры!

Звать его личностью подозрительного происхождения, было не очень приятной манерой обращения.

Тот, что был в маске и чёрной накидке, одетый, словно актёр театра, и тот, о котором как раз шла речь, тихо прошептал:

«О-о… Старшая сестра, да? Всего пару дней знакомы, и ты ей уже настолько понравился… Ты и правда выдающаяся личность в том, что касается кражи девичьих сердец».

«Прекрати нести всякую ерунду насчёт того, что я ей нравлюсь, прошу, хоть ненадолго заткнись!» — поспешил возразить Годо, услышав слова Джона Плуто Смита.

— Ну, в общем, ситуация такая, как есть. Редкий случай одновременного появления трёх богов. Если с нашей стороны будет на одного меньше, разве это не позор?

— Позор?

На это Лю Хао среагировала. Чего и следовало ожидать, её чрезмерно завышенная гордость означала, что к таким обвинениям девушка крайне чувствительна.

Если бы она заявила что-то вроде «победа против превосходящего количества это честь в мире боевых искусств», то возразить было бы уже нечем. Но такой аргумент, скорее, являлся бы больше блефом, чем результатом работы какой-то искажённой логики. Даже настолько мнящая о себе Лю Хао, всё же, не такая заносчивая, что поставит честь выше практичности… По крайней мере, Годо на это надеялся.

— Если не подготовим армию такой же формации, как и противники, то, похоже, возникнет проблема по поводу уважения.

— Ясно, ну какой-то смысл в этом есть. Хорошо, я приму твой совет, и мы выступим против них равным числом. Как и подобает великим генералам и маршалам, для нас же лучше вести армии в бой, это в духе праведного пути боевых искусств… И всё же, младший брат, кое-что в твоём поведении мне не нравится, — проворчала Лю Хао, уставившись на Годо.

И что она пытается сказать?

— Н-не нравится? Не думаю, что сделал что-то не так…

— Конечно, сделал. Я стою на вершине мира боевых искусств, старшая сестра, которой ты должен выказывать глубочайшее уважение. А ты, вот как ты обращаешься к персоне столь высокого положения, как я? Полагаю, что уже давала тебе наставления о том, как должна звучать самая подобающая форма обращения.

Годо не сдержал вздоха. Неужели эти слова действительно необходимо произнести именно сейчас?!

— О, о-о-о-о-о-о-о… Нее-сан…

— Тебе следует обращаться ко мне «онее-сама». Никогда не думала, что у моего брата окажется такая слабая память. Ладно, раз уж предложение исходит от моего названного младшего брата, я приму его, — произнеся эти слова, Лю Цуйлянь повернулась к другому Чемпиону. — Исходя из моих умозаключений, ты, должно быть, американский Король? Я происхожу из семьи Лю, моё первое имя Цуйлянь, второе имя Хао. Я даю тебе разрешение пополнить ряды моей армии во время данной битвы и драться бок о бок со мной, Лю Хао.

— Какое уникальное приветствие… Я, Джон Плуто Смит, всецело отдаю в ваше распоряжение мои скромные услуги.

Получив довольно высокомерное приглашение, Король в чёрном ответил совершенно непринуждённо.

По сравнению с двухсотлетней демонической главой культа, этот молодой человек неопределённого возраста казался куда более зрелым. Облегчённо вздохнув, Годо, плечом к плечу со своими «коллегами», стал напротив трёх божеств.

Гигантский трёхглавый и шестирукий Чжу Ганле.

В дополнение к нему Ша Сэн, стоявший на поднятой голове своего «скакуна», дракона из воды.

И, наконец, командир этих двух богов, Великий Мудрец, Равный Небу, Сунь Укун. Он снова стоял на золотом облаке и взлетел высоко в небеса. Решающая битва три на три была готова вот-вот начаться.

— Хо-хо-хо, дайте я сначала себе противника возьму! Выбираю неземную красавицу, богоубийцу, которая напоминает богиню Луны! Ей больше всего подходит быть противницей Небесного Маршала, великого Чжу Ганле!

— Если подумать, то ты ведь звёздное божество-охранитель северного неба…

Властительница мира боевых искусств нахмурилась под пожирающим её похотливым взглядом.

— Когда речь идёт о соратниках Великого Мудреца, Равного Небу, самый заметный из них это бог, изгоняющий зло, Небесный Маршал Чжу Унэн. Начиная диким кабаном и заканчивая одомашненной свиньёй, ты божество, широко известное по легендам. И, несмотря на всё это, крайне прискорбно, что тебя понизили до такого мелкого и скромного подчинённого бога.

Диких кабанов в Японии называют «иношиши», а для одомашненных свиней используется иероглиф «бута».

Когда Годо получил знания о Великом Мудреце, Равном Небу, также ему была передана и информация о подчинённых богах.

Небесный Маршал Чжу Унэн когда-то был военным божеством, служившим Великому Императору северного полюса Цзы Вэю. На пике своего почитания, скорее всего, в период между династиями Суй и Сун, его трёхглавый и шестирукий внешний вид в полной броне явно являлся у художников одним из самых любимых.

Часто появляясь в романах и пьесах, в результате, в «Путешествии на Запад» его связали с Чжу Бацзе.

Чтобы столь популярный бог был понижен до такого вот похотливого извращенца… Из-за плеч Лю Цуйлянь взметнулось пламя, словно её гнев загорелся, оно знаменовало появление золотого Благосклонного Короля.

Крепко сложенная фигура, которая ни в чём не уступала гиганту Чжу Ганле, демонстрируя свою мускулатуру на обнажённом торсе!

— Сила в действии! Великая сила изничтожает мелкое зло!

— Хмм, ваааа?! Это что ещё за чудовищная мощь такая?

Благосклонный Король швырнул Чжу Ганле. В точности так, как ядро толкают. И похотливый гигантский бог, кувыркаясь, полетел вдаль.

Ба-бах! Как только прозвучал грохот падения, Лю Цуйлянь и её подчинённый Благосклонный Король побежали к рухнувшему гигантскому божеству. Со скоростью, совершенно неожиданной для своего массивного тела, Чжу Ганле вскочил и призвал оружие в каждую из шести своих рук.

В первой паре были меч и алебарда; во второй — топор и дубина; в третьей — лук и стрелы.

Одетый в чёрные одежды и закованный в чёрную броню бог с головой свиньи схлестнулся с Благосклонным Королём под управлением Лю Хао, и два гиганта начали сражение.

— О, Дракон, уничтожь этих людей — Ом вайшраванайе сваха!

Неожиданно произошёл взрыв воды.

Пока Ша Сэн стоял на водном драконе, часть тела последнего отделилась и расплескалась по земле. Годо и Джон Плуто Смит отскочили назад, чтобы избежать атаки. Вода образовала мощные потоки, которые рвали поверхность равнин Сэндзёгахара на куски!

Это словно водный клинок был, жидкость резала камень и растущие в изобилии деревья, словно бумагу. Годо и Смит могли лишь удивлённо смотреть на это, что-то бормоча сами себе.

— Демоническое божество, чьи корни следует искать в буддизме… Судя по его виду, я ожидал чисто силовую атаку, но, оказывается, у него вон какие искусные приёмы имеются.

Ша Сэн выглядел как демон с особенно пугающим лицом и дикого вида телом.

Инстинкты Смита не должны были подвести, просто мрачность и интеллектуальная сторона Ша Сэна не позволяли другим видеть в нём слишком уж жестокую личность.

— С древних времён Ша Сэн был причиной появления бесчисленного множества аскетов шрамана[1]. Но в своей изначальной ипостаси он убивал людей и был грешным божеством, нарушившим завет не убивать…

Всё ещё стоя на голове дракона, Ша Сэн начал смеяться.

— Являясь генералом, что откидывает занавес во дворце Великого Императора Вод в небесном мире, я тогда имел под своим началом королей-драконов четырёх морей. То, что я тут показал, это всего лишь небольшая часть моих сил…

— А, припоминаю, в даосском пантеоне есть такие категории, как водные силы и силы грома, верно?

Водные силы в даосском небесном мире отвечали за военно-морской флот. Хоть он и не жульничал посредством магии передачи знаний, как Годо, Смит явно знал мифы и легенды иных стран.

— Что ж, позвольте и мне показать вам некоторые из моих умений… Повелитель Загробного мира повелевает! О, небо, ты существуешь лишь с тем, чтобы демонстрировать всю полноту моего величия! — Смит мягко произнёс слова заклинания, что вызвало в недрах земли рокот, и она задрожала.

Землетрясение оказалось довольно ощутимым. Во время тряски по земле пошли трещины и расщелины, а Смит начал изменяться в процессе происходящего. Эксцентричный человек в чёрном превратился в огромную чёрную демоническую птицу.

— Ну а сейчас как следует насладись моим мистическим искусством трансформации! Сможешь ли быть со мной на равных?!

— Какие показушные слова! Похоже, меня недооценивают!

В погоне за быстро взлетающей чёрной демонической птицей, Ша Сэн заставил водного дракона лететь.

Чернокрылый Дьявольский Король и загадочный священный дракон из воды так и продолжали вздыматься в небо.

Но и земля всё ещё нещадно тряслась. Скорее всего, виновником этого был американский Чемпион.

Как-то Годо слышал от Эрики, что у Смита есть способность, которой требовались «Жертвы». Вероятно, данное землетрясение и было одной из таких «Жертв». Очень сильной эту тряску не назвать, но продолжавшиеся подземные толчки, должно быть, имели силу где-то три-четыре балла по шкале Рихтера.

«Похоже, что какое-то время тряска будет продолжаться. Да уж, проблемным этот Смит оказался!»

Безответственность, с которой он оставлял после себя неразбериху, несколько ошеломила Годо, стоявшего на трясущейся земле напротив Великого Мудреца, Равного Небу.

— Хмм, хмм, пфф, давай и мы уже начнём. Готов, молокосос Кусанаги?!

— Ладно, нападай со всем, что есть, я не позволю тебе уйти целым и невредимым!

Выступая против Великого Мудреца, Равного Небу, который спрыгнул с золотого облака, Годо демонстрировал спокойную собранность.

Естественно это был блеф, так как он был совершенно не готов. Хоть у него и был этот меч, но зато не было подходящего воплощения, которое могло противостоять молниеносной скорости божественной обезьяны. Тем не менее, боевой дух Годо был, как обычно высок, и он собирался урвать победу, даже если это означало вцепиться врагу в горло.

«Стоп… Неужели нет воплощения, которое можно использовать?»

У него было странное ощущение уверенности, что подходящее оружие всё-таки есть. Очень слабое ощущение уверенности.

Слышались голоса, говорящие ему сражаться. Голоса, призывающие поражение Великого Мудреца, Равного Небу. Верно, вот в чём дело.

Разобравшись, Годо обратил своё внимание на эти голоса, звучавшие откуда-то изнутри его самого.

Только сейчас он воистину овладел девятым воплощением Веретрагны, «Козерогом».

Эта жреческая способность превращала мысли и чувства окружающих людей в магическую силу и управляла молнией. Во время битвы против Маркиза Вобана он уже обращал силу «Мёртвых слуг» в источник своей мощи. Но просто собрать силу воли — этого недостаточно, чтобы свободно использовать воплощение.

Благодаря тому, что он был связан с психическим восприятием Юри, Годо, наконец, понял, как правильно использовать воплощение «Козерога».

Король правит, направляя волю людей, тем самым, поднимая свой собственный престиж и авторитет.

Годо раскинул «щупальца» психического восприятия, протянув их через равнины Сэндзёгахара, Окуникко и улицы города Никко, тем самым собрав воедино сердца и помыслы более чем десяти тысяч жертв.

Тут ошибки быть не может, всё это мысли обычных людей, которых насильно превращал в обезьян Великий Мудрец, Равный Небу, и которые сейчас пребывали в глубоком сне.

Эти находящиеся без сознания люди просто мирно жили, но неожиданно были превращены в обезьян, попав, таким образом, в кошмар. И единственный ответственный за это гнусное преступление — Бог-еретик, Великий Мудрец, Равный Небу. И хоть всем этим людям в достаточной мере повезло, чтобы оказаться спасёнными, Великий Мудрец всё ещё живёт и здравствует.

«Бог, который превратил всех вас в обезьян, разве вы не испытываете к нему презрения?»

«Бог, который относился к вам, как к игрушкам, разве вы не злы на него?»

«Разве вы не хотите, чтобы я нанёс поражение Великому Мудрецу, Равному Небу?!»

Годо использовал силу психического восприятия, мысленно связываясь с людьми, чтобы пробудить их чувства, собирал их волю воедино, говоря им о личности настоящего преступника, ответственного за происходящее, раздувал пламя их гнева.

«Одолжите мне вашу силу и верьте в меня. Если решите дать мне вашу силу, я обязательно помогу вам истребить этого гнусного врага!»

Он ощущал, как гнев бессознательных людей, направленный на Великого Мудреца, Равного Небу, формирует в мире снов кипящий водоворот ярости.

Это был как раз тот самый фундамент, который требовался «Козерогу». Левая рука Годо, наконец, получила возможность испускать молнии.

— Искусством слов заклинания я искореню адептов несправедливости и зла! Это небесное право на победу!

Великий Мудрец, Равный Небу ловко увернулся от вспышки молнии.

Но Сунь Укуну больше нельзя было позволять делать то, что ему захочется. Получив новую силу, Годо острым взглядом пристально уставился на своего грозного врага.


[1] Шрамана — странствующий монах, аскет, религиозный подвижник в Древней Индии. Важной отличительной чертой шраманов являлось отрицание авторитета Вед. Шраманы отказывались от семейных связей, путешествовали, жили подаянием. Многие шраманы практиковали умерщвление плоти.