Эпилог

Прошло чуть больше десяти минут после завершения напряжённой битвы на равнине Сэндзёгахара.

Телефонный звонок от Саяномии Каору вернул Кусанаги Годо в повседневную реальность.

«Вообще, я беспокоилась, что на этот раз ситуация может стать крайне тяжёлой, но, Кусанаги-сан, твоя победа просто великолепна».

— Э? И откуда вы следили за ходом битвы?

Годо начал обыскивать взглядом равнину Сэндзёгахара, которая была превращена в унылую пустошь.

Шанс сообщить о результатах битвы у него умыкнули.

«Одновременно с началом решающего противостояния, был уничтожен и барьер Великого Мудреца, Равного Небу, поэтому, используя магию поиска, я могла наблюдать весь процесс прямо из Тосё-гу. В результате мне даже повезло увидеть сотрудничество Королей. В будущем я от тебя ещё более великих свершений ожидаю, а то, как ты взял на себя роль командира — просто бесподобно».

— Да ладно, ничего особенного… В любом случае, как там с ущербом на этот раз?

Когда Годо похвалили за то, в чём похвала ему не особо нужна была, он ощутил, как у него холодный пот по спине стекает.

«Ущерб… Хмм, святилище Тосё-гу полностью уничтожено. Если его восстанавливать, то требуемое на это время будет исчисляться в годах. Касаемо того, стоит ли как-то закрывать кратер в долине Сэндзёгахара, это я всё ещё с подчинёнными обсуждаю».

Голос Каору совсем не звучал спокойно или сдержанно. Кажется, она действительно была обеспокоена.

Годо с некоторым чувством вины где-то внутри взглянул на огромный кратер перед собой. В какой-то момент кипящая расплавленная сталь исчезла.

Вид красивой болотистой равнины был испорчен здоровенным кратером диаметром около трёхсот метров.

Даже в качестве «круга на поле» он слишком большой и глубокий…

«Все жители и туристы, ранее превращённые в обезьян, в настоящий момент приходят в сознание. Мы начали оказывать им психологическую помощь».

— Психологическую помощь?

«Да, подавляющее большинство спасённых потеряло память о том времени, когда они были обезьянами. Но часть из них заявляют, что видели обезьяньего бога и им приснился кошмар, как они были обезьянами. Ещё в этом кошмаре появился страшный Дьявольский Король и начал им угрожать, что если они ему не помогут, то снова превратятся в обезьян».

Годо был просто шокирован. Неужели это из-за использования на них «Козерога»?!

«Плюс ещё невероятный феномен, люди очнулись у озера Чузэнджи, хотя помнят, что находились в Тосё-гу, или те, которые легли спать дома, но почему-то проснулись на улице. Трудновато всё это скрыть объяснением о массовой галлюцинации, поэтому мы начали использовать магию гипноза, чтобы подправить их воспоминания».

Похоже, дело приобрело серьёзный оборот.

Годо чувствовал сильнейшую степень вины, и ему стало очень неловко.

«Жертвам необходимо предоставить психологическую помощь, а также провести массовую гипнотическую обработку по внедрению ложных воспоминаний. И хотя с тысячами субъектов такое провернуть трудно, но во время вашей битвы мы полностью подготовились и обязательно сделаем всё возможное».

Описание усилий по предотвращению раскрытия информации о богах. Всё это явно звучало как какой-нибудь выдуманный диалог на телевидении.

Но, даже если информацией и можно управлять, физические свидетельства, оставшиеся после битвы в реальности, так просто не уничтожить…

Вешая трубку, Годо мог лишь тяжко вздохнуть, стоя перед огромным свидетельством, которое было буквально выбито в земле.

— Похоже, потери оказались неожиданно низкими. Это просто замечательно.

— Особенно приятные чувства вызывает то, что, наконец, удалось закрыть дело Великого Мудреца, Равного Небу. Годо и Смит, я, Лю Хао, определённо должна, как следует, наградить вас обоих за ваш вклад во время нашей совместной битвы.

Рядом со вздыхающим Дьявольским Королём, присутствовали и два других Чемпиона.

Стоит отметить, что даже после победы над Великим Мудрецом, Равным Небу, кажется, никто не заполучил новые способности. Может, всё потому, что бой закончился финалом трое на одного?

— Что ж, тогда позвольте откланяться. До скорого.

— Уже уходишь? Ещё ведь много с чем разобраться надо, разве нет? Не останешься помочь?

Как только Король в маске неожиданно заявил о своём отбытии, Годо тут же, без всякой задней мысли, попросил его остаться.

Хоть они сражались бок о бок всего ничего, у Годо возникло такое ощущение, что, если облечь это ощущение в слова, он бы сказал, что они на удивление хорошо резонируют. Честно говоря, у Годо даже возникло некоторое нежелание расставаться.

— Конечно, печально, но если я поступлю по иному, то это будет не в стиле Джона Плуто Смита. Когда на сцену опускается занавес, актёр должен её покинуть. Когда битва завершена, герой и Дьявольский Король также должны исчезнуть, — ответил Смит явно наигранным голосом.

С самого начала ожидая подобного ответа, Годо не смог сдержать кривой усмешки от того, что всё произошло так, как он предугадал.

— В качестве благодарности за нынешний инцидент, обещаю, помочь тебе в Америке, если окажешься в беде.

— Прошу прощения за прямоту, но если заявится человек-катастрофа, вроде тебя, даже и не угадаешь, какие трагические события придётся пережить моей родине. Однако если ты на самом деле приедешь, мне не останется иного выбора, кроме как взять на себя ответственность по присмотру за тобой.

Смит протянул свою правую руку в кожаной перчатке.

И Годо пожал её в ответ. Никак не соответствуя образу вычурного дворянина, рука казалась неестественно мягкой.

— Прекрасная Основательница, прошу, берегите себя, хотя, кто знает, когда мы снова встретимся. По возможности, я, Джон Плуто Смит, совершенно не желаю, чтобы мы когда-либо становились врагами.

Король в чёрной накидке элегантно кивнул и протянул руку третьему Чемпиону.

На лице демонической главы культа появилось выражение типа: «Он что, действительно предлагает пожать руки?»

Годо поспешно вклинился:

— Нее-сан, думаю, если ты его проигнорируешь, это будет ну очень по-детски.

— Что?! Снова на меня так уставился! Конечно, я всё понимаю. Просто, у твоей старшей сестры, как у девушки, есть опасения насчёт того, чтобы пожимать руку незнакомому мужчине!

Дав это притянутое за уши объяснение, Лю Цуйлянь протянула свою руку в ответ.

Улыбаясь под своей маской, словно проказник, Смит мгновенно превратился в чёрную демоническую птицу и улетел, стоило только ему отпустить руку Лю Хао.

Чуть позже одна американская леди во время обратного авиаперелёта в Америку непрестанно накручивала сама себя: «Кажется, этот мальчишка действительно не раз смотрел на меня как-то задумчиво… Подсознательно я начала радоваться этому и вела себя с ним всё более и более раскованно. Может, между нами действительно какая-то судьбоносная связь есть… Энни, ну ты и дура, он тебя на десять лет младше! К тому же ещё и суперсексуальный маньяк, полная несовместимость! Но, есть же небольшой шанс, что…» Само собой, Кусанаги Годо никак не мог знать о том, что нечто подобно имело место быть.

Осталось только два Чемпиона из троих.

— Годо, ты победил!

Эта была Эрика, и другие его спутницы тоже прибыли, явно находясь в полном порядке.

Эрика шла впереди, а Юри, Лилиана и Эна следовали за ней.

Что более неожиданно, сразу же после них появились и Амакасу Тома с Лю Иньхуа.

— Кхе-кхе, какой напряжённый рабочий день, Кусанаги-сан. Изначально я думал, смогу ли помочь чем-нибудь, поэтому рванул сюда на машине прямо из Тосё-гу, но, судя по всему, вы тут самостоятельно всё уладили.

— Избавили нас от необходимости жертвовать собой в битве против богов, нам явно надо «Ура!» в вашу честь кричать.

Таким было прибытие девушек, и мужской фракции, которой давно не хватало. Но все новоприбывшие резко остолбенели, так как Лю Цуйлянь положила свои руки на плечи Годо.

— Что ж, Годо, хоть мне и больно оставлять своего младшего брата, есть же поговорка, что дружба между джентльменами чиста, словно вода, а любые празднества рано или поздно подходят к концу. И сейчас твоя старшая сестра возвращается на гору Лушань.

— Младший…

— Брат?

— И…

— Старшая?!

— Сес-?

— -тра?!

Эрика, Лилиана, Юри, Эна, а также Амакасу с Лю Иньхуа потеряли дар речи.

Челюсти на полу

Демоническая глава культа, не обращая на них внимания, продолжила — она совершенно не регистрировала их существования своим взглядом.

— До нашей очередной встречи ты должен усердно трудиться и стать ещё лучше. Но, прежде всего, ты обязан тренировать правильное обращение ко мне, понял?

— Э, а разве нельзя просто использовать «нее-сан»?

Даже получив очевидный приказ, Годо попытался кое-как выпутаться, не соглашаясь напрямую.

Раз уж он как-то понял основы того, как ладить с этой старшей сестрой, и так как она из тех, кого не понять, если пользоваться здравым смыслом, Годо знал, что нельзя полностью потакать ей, необходимо проявлять подобающую степень твёрдости.

— У тебя нет желания выказывать почтение недосягаемо величественной старшей сестре?

— Важно не ограничивать себя банальными рамками того, как к тебе обращаться. Тут, скорее, ключевым моментом является то, в каком свете я тебя вижу. Нее-сан, я же поклялся стать твоим названным братом. Имея такое важное обещание в качестве соратников, данный факт никогда не изменится до самого дня моей смерти. Разве этого мало?

Имея дело с Лю Цуйлянь, Годо обнаружил, что может хоть как-то сопротивляться, в отличие от тех случаев, когда он всегда шёл на поводу у других девушек.

Возможно, всё благодаря тому, что акцент тут на родственных отношениях делался. Пока он мог не видеть в нее-сан женщину, Годо чувствовал, что может сказать ей всё, совершенно не сдерживаясь.

— Как же много с тобой повозиться надо будет… Мне приходилось слышать, что младшие братья кажутся милее, когда они немного непослушны, так что лишь в этот раз я даю тебе особое разрешение. Однако, пожалуйста, не забывай, что ты единственный в этом мире, кому позволено называть меня старшей сестрой, понятно?

— Нет проблем. Ты тоже береги себя, встретимся снова, если на то воля судьбы будет.

Попрощавшись, Лю Цуйлянь покинула Годо.

Вокруг неё начали кружиться лепестки цветов. Древесные пионы? Как только старшую сестру и неземную красавицу окружила великолепная буря из лепестков, она исчезла с шелестящим звуком.

— Э-э… это ещё что такое? Поверить не могу, что мастер…

На этот раз, с выражением крайнего изумления на лице, к нему подошёл Лю Иньхуа.

— Никогда бы не подумал, что Кусанаги-сама заключит с мастером пакт названного родства. Посему смиренный ученик Лю Иньхуа поздравляет своего Многоуважаемого дядю!

— Многоуважаемый дядя?! Не надо меня так странно обзывать!

Годо сразу же отчитал юношу, который отдавал ему честь способом, принятым в среде мастеров рукопашного боя — в уважительном поклоне уткнул кулак одной руки в раскрытую ладонь другой.

— Ну, раз вы названный младший брат мастера и ещё вышестоящий для меня в плане боевой мощи, я не могу обращаться к вам обычным образом… Поэтому, как насчёт того, чтобы звать вас Крёстный отец?

— Это ещё хуже, я же тебе не какой-то там мафиозный босс!

— Вообще-то, раз мастер правит миром боевых искусств и всеми китайскими мастерами рукопашного боя, то всё это как раз-таки и тянет на позицию мафиозного босса… После некоторых раздумий, я пришёл к выводу, что лучше всего будет называть вас Многоуважаемый дядя. Так что, Многоуважаемый дядя, Лю Иньхуа вынужден откланяться.

Лю Иньхуа отбыл с улыбкой, в которой не угадывалось его обычного снобизма.

Как и полагается мастеру цигуна, он исчез мгновенно, словно порыв ветра.

«Со столькими могущественными людьми познакомился, и даже неожиданно сблизился с ними, надеюсь, на этом с данным инцидентом покончено…»

И как раз тогда, когда Годо уже собирался облегчённо вздохнуть.

— Слушай, Годо, когда это ты успел настолько тесно сблизиться с Основательницей? Тесно настолько, что это несколько подозрительно, — вопросил его прекрасный голос Эрики.

С чего бы это? Такое впечатление, что этот великолепный голос скрывал шипы.

— Да не так уж это и странно, разве нет? Честно говоря, на самом деле она довольно дружелюбный человек… Эмм… хотя, думаю, что временами она бывает несколько разрушительна, так что давать ей волю там, где много людей — плохая идея.

— Чтобы ты, да сблизился с подобной женщиной, как именно ты спелся с Основательницей?

— Кажется, она называла тебя «младший брат», да? У меня тоже ощущения сродни намёкам Эрики-сан, всего за два дня, очень подозрительно, что отношения развились до такой близости. Да уж, Годо-сан, ты…

Даже Юри взгляд опустила, словно её сердце было разбито.

У неё всё ещё оставалась плохая привычка останавливаться на полуслове, даже если сказать она хотела гораздо больше.

— Очередной человек согласен, что только подтверждает мои догадки. Стоило только мне отвернуться всего на какое-то мгновение, и вот, пожалуйста, ты сам разбираешься со столь важными вещами. Воистину монстр.

— Это же просто удивительно! Это невероятно круто, даже Эна не знает, что сказать.

Лилиана уверенно кивала, и даже Эна криво усмехнулась сама с себя.

«Да что с ними такое?»

Годо чувствовал себя так, словно ему пути отступления отрезают. Ведь всё, что он сделал, это просто заимел типа сводную сестру, почему они все так остро реагируют?!

— Да ладно, может, немного успокоитесь все? Юри-неечан и остальным сестрицам надо же рамки знать. Онии-сама только что прошёл через жестокую и смертельно опасную битву. Как так, вы все провалились, раз не учитываете этого!

Помощь пришла в виде неожиданного союзника, Марии Хикари, которой до этого видно не было. Она несла на прижатых к груди руках банки с кофе и бутылки с чаем и водой.

— Думаю, вашему поведению женской чуткости не хватает… А, онии-сама, это напитки, которые я купила в автомате у ресторана неподалёку. Ты что будешь?

— Это мне? Спасибо.

Громко раскритиковав других девушек, Хикари тут же усмирила свой грозный гнев и улыбнулась Годо.

Должно быть, сразу её не было из-за того, что она длинной дорогой шла. Сделав такой вывод, Годо был очень рад чуткости Хикари. После такой напряжённой битвы у него в горле ещё та сухость стояла.

Хикари прищурилась и нежно посмотрела на него.

Такое выражение лица вкупе с жестами никак не соответствовало её юному возрасту, оно должно быть присуще зрелым женщинам.

— Вообще, я для тебя что-нибудь приготовить хотела, но в таком месте, тут уж ничего не поделать… Кстати, я довольно хорошо готовлю. Не так хорошо, как онее-чан, но для ученицы моего возраста, мои навыки очень даже не плохи. Следующий раз, пожалуйста, угостись приготовленным мной обедом.

— Я-то не возражаю, но мы же в разные школы ходим.

— В таком случае, мы просто можем прогуляться вместе. Как насчёт следующей субботы?

— Скорее всего, мой знакомый попросит меня подменить его на работе… А? Что это со всеми вами?

Начиная с определённого момента, всеобщее настроение изменилось.

Эрика демонстративно преувеличенно пожала плечами. Юри робко смотрела на Годо и свою сестру.

Эна нехарактерно для себя вздохнула, говоря что-то типа: «Даже Хикари стала женщиной Его Величества, это просто шокирует, даже слишком».

— Кусанаги Годо, похоже, на этот раз я выиграла пари. И месяца не понадобилось, результат меньше чем за две недели был достигнут. Честно говоря, это даже мои ожидания превзошло… — это уже Лилиана продолжила, говоря нечто не укладывающееся в голове. — Как бы то ни было, факт моей победы не изменить. Отныне я, Лилиана Краничар, стану твоим преданным как никто другой вассалом, служа рядом с тобой и отдавая тебе всё в качестве твоего первого рыцаря.

Услышав её резкое и неожиданное заявление о победе, Годо не знал, что и сказать, ему было вообще невдомёк, о чём это она.

Совершенно сбитый с толку, Годо обратил свой взгляд к единственному оставшемуся здесь представителю мужского пола, Амакасу. Что происходит?

— Кусанаги-сан… Я не в состоянии помочь вам, вы ведь сами себе могилу вырыли.

Наблюдательный потомок ниндзя поддразнил Годо с натянутым выражением лица, он изо всех сил старался не разразиться смехом.

— Хикари… Ты что вообще пытаешься сделать?! Е-если мама и папа узнают, знаешь, какой нагоняй от них получишь? Пожалуйста, думай хоть немного.

— Да всё в порядке, онее-чан, — в отличие от старшей сестры, чьё лицо пылало красным, младшая сестра была совершенно расслаблена и довольна собой. — Если я объясню, что мы будем служить онии-саме, как его сёстры, уверена, бабушка и дедушка будут очень счастливы. А раз так, то папа, который стал частью семьи Мария, женившись на маме, скорее всего, вообще ничего не скажет. Ну а мама ведь оптимистка, не думаю, что она будет возражать.

«Хи-хи».

Хикари, кажется, посмеивалась, словно торжествуя по поводу своей победы.

— Мои дорогие сестрицы, это факт уже решённый. Пожалуйста, отныне направляйте и ведите меня… Но, прошу, не волнуйтесь, как самая младшая, я смиренно буду ладить со всеми вами, особенно с сестрицей Эрикой. Позаботьтесь обо мне.

— Похоже, что касается социальной адаптации, Хикари далеко превосходит старшую сестру… — пробормотала немало впечатлённая Эрика, потянувшись к стоявшему рядом Годо.

Затем она сильно ущипнула его за руку.

— Ай! Ты что делаешь?!

— В обмен на моё прощение это мелкое наказание вообще ничто, так что хватит ныть… Или, возможно, в качестве задела на будущее мне тебя лучше проткнуть разок? — с серьёзным видом раздумывала Эрика, полностью игнорируя протесты Годо.

И по какой-то причине Юри, Эна, Лилиана и Амакасу лишь энергично кивали в ответ, соглашаясь с вышесказанным.

 

На вершине горы Нантайсан стояла прекрасная маленькая девочка, взирая на дали внизу, где точки огней сверкали на улицах.

Если бы кто-то взглянул на её руку, то увидел бы тяжёлый круглый медальон.

Диск, сделанный из сплава золота и железа, он был размером почти с ладонь девочки. Выгравированное среди текста, там находилось изображение меча, некоторое время девочка смотрела точно на его поверхность, в течение которого гравировка усложнялась, и на поверхности медальона возник второй меч.

— После Персея, настала очередь Великого Мудреца, Равного Небу, быть уничтоженным, и их сталь осталась на земле. Великий Мудрец явно не станет последним из героев, что снизошли на землю…

Светловолосая девочка напоминала своим видом классическую куклу в западном стиле, возрастом около двенадцати-тринадцати лет. Божественный предок, которая чуть ранее представилась Лю Хао как Гвиневера.

— Когда Великий Мудрец воззвал к силе, чтобы нанести поражение Дьявольским Королям и принести спасение этому миру, я, на самом деле подумала, что даже получиться может. Судьба, написанная среди звёзд, о том, кто приходит в самом конце, чтобы стать сильнейшим мечом «Стали»… Хоть и не полностью, но Великий Мудрец смог умело использовать данный образ, чего и следовало ожидать от героя из великой страны, Китая.

Вздохнув, она убрала круглый медальон, при этом ощутив чьё-то присутствие.

— Принц, хоть вы и обладаете силой божественной скорости, вы совершенно не умеете применять технику сокрытия в тенях…

— Хмф, ведьма. Чутьё у тебя, как всегда на высоте.

Из теней от вулканических скал вышел мужчина. Это был Чёрный принц Алек.

Его настоящее имя Александр Гаскойн. Как предполагала его фамилия, он был Чемпионом, который вёл свою родословную от французских предков.

— Я просто хотел узнать, каковы же твои истинные намерения.

— Как страшно… Но, к сожалению, вопрос уже решился. Сейчас Гвиневера отправляется домой. Так что, давай снова уже в Европе встретимся.

— Хорошо, ещё увидимся, Ведьма Британии.

Если бы Чёрный Принц взялся преследовать, используя божественную скорость, даже божественный предок с ним бы не сравнилась.

Зная, что холодный ответ Чёрного Принца означал отсутствие у него намерения следовать за ней, Гвиневера взлетела в небо, окутанная золотым свечением.

— Зря только на дорогу время потратил… Хотя, сила этой обезьяны, которую называли Великим Мудрецом, Равным Небу, действительно слишком ненормальной была. И что было источником всей этой мощи? — бормотал Алек, наблюдая за отбытием ведьмы.

Обнаружив, что тут и так уже три Чемпиона было, он посчитал своё вмешательство излишним. Но вот чтобы разузнать, что являлось источником той силы, участие в битве не такой уж плохой идеей было…

Покончив со своими наблюдениями, Алек пожал плечами.

Больше нет смысла и дальше раздумывать над разрешившимся инцидентом. Если в будущем возникнет ещё одна столь же угрожающая ситуация, просто придётся начать сбор информации снова…